Страница русской истории: подавление польского бунта

[prinigo 3,642]

Страница русской истории: подавление польского бунта

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы увидеть скрытое содержимое.

Страница русской истории: подавление польского бунтаНажмите здесь!

 

«Польский вопрос» в истории России и Украины, наиболее важен, ибо до сих пор, именно эта страна является источником многих специфических политических и общественных возбуждений, основанных, как правило, на «исторической памяти поляков».

Подавление польского бунта началось зимой 1831 года. Эта страница русской истории долгое время стыдливо скрывалась или, как это сделали большевики, сознательно была превращена в проявление «российской имперской реакции» в роли «жандарма Европы». Оттого эта история столь неизвестна, хотя кое-где ее запомнили хорошо и надолго.

О чем речь?

Напомним читателю, что «разделывая» Польшу в 1772–1795 годах вместе с Австрией и Пруссией, Россия лишь возвращала русские земли. Любопытно, что осознавая гибель Речи Посполитой, гордые шляхтичи предлагали Екатерине II принять титул королевы Польши. Но получили такой ответ: «При разделе я не получила ни пяди польской земли. Я получила то, что сами поляки не переставали называть Червонной Русью... Не получив ни пяди польской земли, я не могу принять и титул королевы польской».

После войны с Наполеоном, которого поляки активно поддерживали, по решению Венского конгресса России были переданы часть «чисто польских» территорий. Однако «оккупации» опять же не было, ибо император Александр I, великодушно даровал им статус суверенного Царства Польского в составе Российской Империи, сохранив сейм, конституцию, и даже отдельную польскую армию с сохранением чинов, уставов, формы и вооружений. Единственное, что связывало Царство с Россией, была личная уния - император Всероссийский был по совместительству конституционным Царем Польским. В качестве наместника русского императора в Варшаве пребывал Великий Князь Константин Павлович.

Но «пыхатая» польская аристократия продолжала роптать и возбужденная европейскими масонами, пошла на бунт.

Мятеж и реакция на него.

Поводом к восстанию стало распоряжение Николая I о подготовке сбора денежных средств и размещении на постой русских войск, намеченных для прохода через Польшу с целью подавления революции в Бельгии. 17 ноября 1830 года толпа ворвалось в Бельведерский дворец – резиденцию наместника и учинила там погром. В Варшаве началось восстание, во главе с тайным шляхетским офицерским обществом П. Высоцкого. Восставшие захватили арсенал. Наместник струсил и бежал, приказав выводить верные части без боя. Начались убийства русских военных. К чести поляков, не все из них изменили присяге царю, и семь генералов-поляков предпочли умереть вместе с русскими товарищами. Это Мауриций Гауке, Станислав Потоцкий, Юзеф Новицкий, Игнатий Блюмер, Станислав Трмбицкий, Томаш-Ян Сементковский, Филипп Мецишевский.

Восставшие созвали Временное правительство во главе с князем А. Чарторыйским и провозгласили диктатором генерала Ю. Хлопицкого, которого за нерешительность сменили на князя Радзивилла. 13 января 1831 года Сейм объявил о лишении Николая I польской короны. Узнав о восстании, император собрал во дворе Инженерного замка гвардейские части и сообщил им о бунте. В ответ на негодующие возгласы молодых офицеров Николай сказал: «Прошу вас, господа, поляков не ненавидеть. Они наши братья. В мятеже виновны немногие злонамеренные люди. Надеюсь, что с Божьей помощью все кончится к лучшему». Позже царь издал манифест, где говорилось, что русские должны проявить по отношению к полякам «правосудие без мщения, непоколебимость в борьбе за честь и пользу государства без ненависти к ослепленным противникам».

Любопытно, что русские либералы в большинстве своем поддержали вовсе не поляков. Так, разжалованный в солдаты декабрист Александр Бестужев писал 5 января 1831 года из Дербента матери: «Третьего дня получил тифлисские газеты и был чрезвычайно огорчен и раздосадован известием об измене варшавской. Как жаль, что мне не придется променять пуль с панами добродеями... Одно только замечу, что поляки никогда не будут искренними друзьями русских... Как волка ни корми...».

Начало усмирения.

Польская армия была многочисленна и сильна – 130 тысяч человек при 106 полевых орудиях, число которых было увеличено за счет старых прусских гаубиц и музейных экспонатов, в том числе турецких трофейных мортир XVIII века, которые русский царь прислал ранее для памятника королю Владиславу.

В западных губерниях России на тот момент было мало боеспособных войск, но генерал-фельдмаршал граф И.И. Дибич-Забалканский все же начинает операцию возмездия. Но слабая подготовка войск, растяженность тыловых служб и распутица сыграли на руку бунтовщикам – под Сточеком поляки победили, а русская победа под Гроховым 13 февраля далась очень тяжело. Поляки вторглись на Волынь и сорвали переправу через Вислу. Ситуацию осложнило распространение мятежа в Литву. Теперь противоборствующие армии стали равными. Внезапная смерть командующего Дибича от холеры прибавила тревог, хотя польская инициатива была сбита победой под Остроленкой и разгромом польских банд Гелгуда и Колышки под Вильной и Дашевым. Обстановка усугублялась тем, что Франция уже была готова признать независимость Польши, разрушив тем самым послевоенное устройство Европы, установленную решениями Венского конгресса. Но в армии уже знали – в Польшу едет сам Паскевич! (На иллюстарации - Иван Паскевич).

Пришел, увидел, победил!

Действительно, император Николай Павлович попросил своего друга и «государеву надежу» оставить Кавказ, где Иван Паскевич был наместником и ехать в Западную армию.

Прибыв в Пултуск 13 июня 1831 г., он изначально привел в порядок тыловые службы и тщательно проработал ход операции. Ждать подкреплений Паскевич не стал, и, решив сразу штурмовать гнездо мятежа – Варшаву, внезапно переправил армию через Вислу там, где поляки не ожидали. «Это смелое движение, совершенное с таким успехом, должно почитаться в истории войн одним из самых необыкновенных, потому что обе воюющие армии приняли после сего направление совершенно для них противоположное».

Паскевичу удалось ввести поляков в заблуждение и расколоть их армии. Однако саботаж прусских купцов едва не оставил армию без припасов. Паскевич приказал использовать кавказский опыт и заготовить сухарей, что дало возможность, не теряя времени, отгонять мятежников к Варшаве, нанося им ощутимые удары.

Польская столица была окружена, и фельдмаршал приказал готовиться к штурму. Брать первоклассную европейскую крепость с тремя ярусами обороны надо было умеючи, и тогда полководец, покоривший Эрзурум, Эривань и Карс приказал соорудить макеты укреплений и проводить с солдатами тренировки. На Варшаву были нацелены стволы 390 орудий.

Полякам была предложена «добровольная покорность». Генерал Скржинецкий начал колебаться, но спесивый генерал Круковецкий ответил отказом.

В день штурма, 25 августа, фельдмаршал был верхом на коне и «сказав по нескольку слов каждому полку, каждой батарее и двинул колонны вперед». Артиллерия крушила польские редуты, после чего в атаку шли пехотинцы. К вечеру было взято укрепление Воля. Поляки выслали на переговоры генерала Пронздинского, которому был передан ультиматум о капитуляции. Поляки стали тянуть время, надеясь на подход корпуса Ромарино, и тогда Паскевич отдал команду атаковать. Во время боя фельдмаршал был ранен в руку, но продолжал командовать. Память о геройском штурме Варшавы сохранилась у солдат в песне, посвященной Паскевичу:

«Уж как трудно было, братцы, Нам Варшаву город брать...»

Варшава была взята за 36 часов в годовщину Бородинского сражения, утром 26 августа. Уже утром, из Бельведерского дворца в Петербург было отправлено донесение, которое вез внук Суворова: «Варшава у ног Вашего императорского величества».

Надо отметить, что Паскевич дал возможность части польской армии уйти из столицы. Остатки польской армии были частично уничтожены и разоружены в Галиции, корпус Ромарино был вытеснен в Австрию. В польских тылах «наводил шороху» знаменитый Денис Давыдов. В ликвидации польского бунта активно участвовали многие тогдашние малороссы, котором было что припомнить полякам, в составе русской армии сражался первый издатель «Кобзаря» Иван Мартос.

Мятеж был подавлен за полгода. В память штурма Варшавы была установлена серебряная медаль для ношения в петлице. А в знак успешного окончания войны Государь Император повелел всем участвовавшим в походе за границей империи носить бывший польский военный орден Virtuti militari, разделенный на пять степеней.

Высочайшей наградой за победу Ивану Федоровичу стал титул светлейшего князя Варшавского. Став наместником Польши, Иван Федорович, активно занялся экономикой края, хотя из-за перманентно негативного отношения к России не пустовали и его военно-полевые суды. Графу Яну Езерскому он сказал как-то: «Пора более уважать не говорю законную власть, но русский мундир и зеленый цвет его...». Годы наместничества стали и годами спокойствия Польши. Полякам о Паскевиче долгое время напоминали пушки отстроенной цитадели и статуя полководца в Краковском предместье Варшавы.

Но Паскевич не хотел совершенно ломать местных польских порядков управления. В 1832 году был издан закон для царства Польского под названием «Органический статут». По этому статуту полякам были оставлены в судебных и других установлениях местные законы, сохранен и польский язык в суде.

В письме царю, Паскевич указывал: «...теперь поляки менее опасны, чем демагоги западной Европы». Фактически именно его деятельность и предотвратила неизбежный «польский взрыв» в сумасшедшем для Европы 1848 году. Задача была выполнена качественно и в срок, так как это умел делать Иван Паскевич – великий воин и великий государственник.

Виктор Шестаков

Источник: russkie.org

[Cкрыть]

[Odin 830]

После подавления восстания надо было польские губернии напрямую включать в состав РИ. А так сохраняя Царство Польское ситуацию только законсервировали, сохраняя у поляков иллюзию на возможную независимость.

[Dark-Warrior 654]

После подавления восстания надо было польские губернии напрямую включать в состав РИ. А так сохраняя Царство Польское ситуацию только законсервировали, сохраняя у поляков иллюзию на возможную независимость.

Согласен, только вот как оказалось не илюзия, так и произошло в дальнейшем.

[Odin 830]

Согласен, только вот как оказалось не илюзия, так и произошло в дальнейшем.

Так и я про то)) А не было бы иллюзий, может и не произошло бы) Хотя правильно говорят, что история не имеет сослагательного наклонения и надо просто воспринимать то, что произошло, как то, что уже произошло)

[МИК 190]

После подавления восстания надо было польские губернии напрямую включать в состав РИ. А так сохраняя Царство Польское ситуацию только законсервировали, сохраняя у поляков иллюзию на возможную независимость.

Такое решение(включение) могло вызвать возражения со стороны держав Запада. Когда маркиз Велепольский во второй половине декабря 1830 года прибыл с дипломатической миссией в Лондон, к новому руководителю британской внешней политике - лорду Пальмерстону, то его ждал очень сдержанный приём. Велепольскому был дан ответ, что Англия могла бы высказать своё мнение по польскому вопросу только в том случае, если бы Николай 1 вздумал совсем уничтожить государственное усторойство Польши, данное Александром 1 и утверждённое Венским конгрессом.

Завоевательные устремления польской шляхты в отношении Литвы, Белоруси, Украины облегчали Николаю 1 переговоры с западноевропейскими дипломатами. Царское правительство заявляло, что повстанцы подняли оружие вовсе не во имя сохранения хартии 1815 года, а ради захвата русских губерний. Меттерних и Фридрих-Вильгельм 3 поспешили тотчас же заключить конвенцию с Николаем 1, прямо направленную против повстанцев. Франция отказалась от поддержки поляков после получения известия о решении польского сейма о низложении Николая 1 с польского престола.

Получается , что страны Запада по факту поддержали Россию в войне с Польшей. В такой обстановке ставить вопрос о включении польских губерний в состав РИ вероятно было бы ошибкой.