То, о чем рассказывается в статье, долгое время было засекречено и известно только в среде советских конструкторов ракет, а многое (несмотря на ряд публикаций в нашей прессе о советском лунном проекте) впервые сообщается читателю.
Ракета "Н-1", создававшаяся в СССР в 1960-х годах, самая красивая ракета в истории мировой космонавтики, имевшая высоту в 30-этажный дом, массу почти 2700 тонн и стоимость 600 миллионов долларов каждая, должна была стать советским аналогом носителя "Сатун-V". Серия "Н" должна была доставить советских космонавтов на Луну и использоваться при запусках огромных военных орбитальных станций. Однако, по сравнению с американским "Сатурном", проект был начат поздно, финансировался в гораздо меньшей степени, чем американский, и, к тому же, помехой являлись постоянные политические и технические распри, конкуренция между главными разработчиками - Королевым, Глушко и Челомеем. Кроме того, у советских проектов никогда не было долгосрочных целей с ясной перспективой.
Конечный результат: четыре неудачных запуска и отказ от проекта через пять лет после посадки "Аполлона" на Луну. В итоге советский космонавт так и не ступил на поверхность Луны. Мало того - Советский Союз даже отвергал долгое время, что этот огромный, фантастический проект вообще когда-либо существовал (впервые это было признано в публикации газеты "Известия" 18 августа 1989 года).
Согласно иностранным источникам (на основе которых и была написана эта статья), СССР на лунный проект "Н-1" потратил около 4 миллиардов долларов, которые сегодня равны примерно 40-50 миллиардам долларов США. Были ли эти неслыханно большие деньги потрачены впустую? И не лунная ли гонка подорвала здоровье СССР?
Полет на Марс и звездный линкор Хрущева
Еще до "Н-1"(название класса ракет "Н" означает "носитель") в СССР разрабатывались мощные ракеты для вывода больших объемов груза на орбиту, и эти проекты использовали ядерную тягу. В ОКБ-1 Королев начал работу над этими ядерными носителями 30 июня 1958 года. В ОКБ-456 и ОКБ-670 были разработаны два двигателя с ядерными реакторами, в которых достигалась температура 3000 градусов по Кельвину. Топливо нагревалось в реакторе и, сгорая, выбрасывалось через четыре сопла. Эти двигатели использовались в трех проектах ракет, которые разрабатывало ОКБ-1 Королева. Ракеты должны были выводить на орбиту груз весом от 35 до 40 тонн.
Очевидно, что испытания такой ракеты с ядерным реактором должны были иметь катастрофические последствия для экологии планеты. Интересно, что существование такого проекта упоминалось американским шпионом Олегом Пеньковским в 1961 году, но западные эксперты тогда посчитали подобные проекты абсурдными - пока это не подтвердила сама ракетно-космическая корпорация "Энергия" в 1996 году. Кстати, примерно в то же время (в конце 50-х годов) в советском ВПК был разработан проект стратегического бомбардировщика с ядерным двигателем - от него пришлось отказаться по той же причине: это был летающий Чернобыль.
После этих проектов и появился проект "суперракеты", ставший прототипом "Н-1". Первая и вторая ступени были исполнены в конической форме, позже принятой и для "Н-1". Первая ступень использовала огромное количество разработанных в бюро Н.Д. Кузнецова (создавшем двигатели для Ту-144) двигателей "НК-9", каждый с тягой 52 тонны. И только вторая ступень использовала четыре ядерных двигателя с общей тягой 850 тонн (ядерные выбросы оставались в этом случае в космосе, вне атмосферы Земли).
Работа над ядерными двигателями шла до конца 1959 года, когда стало очевидно, что обычные химические двигатели могли бы обеспечить почти эквивалентное достижение конструкторских целей с большей безопасностью и с куда меньшим риском для окружающей среды.
До объявления американцами своей программы "Аполлон" и началом лунной гонки Королев планировал полет советских космонавтов вовсе не на Луну, а на Марс и после него - на Венеру. Там должна была ступить нога советского космонавта. Луна СССР не интересовала.
Огромные размеры ракеты исходили из требования полета пилотируемого корабля на Марс. Указом от 23 июня 1960 года советское правительство поставило задачу создания химических ракет массой от 1000 до 2000 тонн, способных вынести на орбиту груз массой от 60 до 80 тонн. Указ от 13 мая 1961 года впервые особо определил создание носителя "Н-1" и ставил задачу осуществить первый запуск в 1965 году. В окончательном виде марсианский, а позже ленный проект СССР оформился как супермасштабный государственный проект 16 апреля 1962 года.
Размеры ракеты "Н-1" означали, что она должна была создаваться прямо на космодроме. В США на мыс Канаверал носители "Сатурн", имевшие размеры "Н-1", доставлялись баржами с заводов-производителей. Такой возможности не существовало для Байконура, расположенного в сухих степях Казахстана. Байконур считался единственным приемлемым местом для космодрома из-за особенностей географии Советского Союза и потребности в соседних сравнительно ненаселенных областях, которые не пострадают от падений начальных ступеней ракет.
В отличие от НАСА, советские конструкторские бюро не работали над одним общим проектом, а разрабатывали несколько альтернативных проектов. Это, как считают сегодня эксперты, в значительной степени определило неудачу советского лунного проекта. Средства и силы, и без того в несколько раз меньшие, чем в США, были не аккумулированы и направлены на решение главной задачи, а были разобщены и распылены. Бюро конкурировали друг с другом, и эта конкуренция часто переходила в конфронтацию и распри, что пагубно сказывалось на осуществлении проекта. Наконец, сами цели проекта многократно менялись.
Альтернативные разработки конструкторских бюро были рассмотрены государственной экспертной комиссией, возглавляемой Келдышем, в июле 1962 года. В августе результаты работы комиссии обсуждались между Хрущевым и конструкторами в Пицунде (Абхазия). Хрущев поставил в качестве первой цели проекта вывод на низкую орбиту вокруг Земли огромной военной пилотируемой орбитальной станции с тонной ядерного оружия.
Королеву было указано немедленно разработать трехступенчатую "Н-1" для вывода на орбиту 75 тонн груза и начать работу над военной орбитальной станцией "ОС-1". Бюро Янгеля, Челомея и Глушко получили соответствующие задания. Хрущев был озабочен в большей степени, чем высадкой советских космонавтов на Марсе или Венере, созданием большой военной орбитальной станции, пилотируемой несколькими космонавтами и имеющей ядерные ракеты, нацеленные на США. Эта станция должна была оборачиваться вокруг Земли со скоростью 24 часа, то есть висеть над одной точкой - над Вашингтоном и Нью-Йорком, постоянно угрожая им из космоса. "Американцы, - говорил Хрущев, - должны, ложась спать, каждую ночь помнить и трястись от страха, что над их головами, в их небе, в каких-то нескольких десятках километров, висит их смерть. Висят ядерные ракеты, способные уничтожить их так быстро, что они не успеют даже поднять глаза к небу".
Станция "ОС-1" имела название "Звезда"; в США этот проект действительно внушал ужас, эту орбитальную станцию американцы называли и называют сегодня "Звездный линкор Хрущева". Заметим, в ответ на этот проект США разрабатывали проект Вернера фон Брауна - проект столь же гигантской орбитальной станции в форме бублика и с искусственной гравитацией; станция была вооружена ядерными ракетами.
Звездный линкор Хрущева "ОС-1" так и не побывал в космосе, а в бюро Королева долго хранился макет станции в натуральную величину - длиной в 18,5 метров. Зато программа "Союз", создававшаяся изначально именно для доставки космонавтов на "ОС-1", была осуществлена, и ее история известна сегодня всем.
Цель - Луна
Дальнейшее развитие проекта "Н-1", ведущего проекта советской космонавтики, которому подчинялись или к которому пристраивались все остальные космические проекты, было оформлено указом от 24 сентября 1962 года. Запуск "Н-1" планировался на 1965 год. Цель - военная орбитальная станция, а в близкой перспективе - пилотируемые полеты на Марс и Венеру.
И только третьего августа 1964 года СССР включился в лунную гонку - до этого пилотируемого полета наших космонавтов на Луну не планировалось. Хрущев под влиянием Кеннеди увлекся лунной мечтой и полагал, что советская Луна станет мощным символом для пропаганды идей коммунизма. Особое постановление ЦК КПСС впервые установило цель для ОКБ-1: отправить одного космонавта на Луну и благополучно вернуть его на Землю - раньше американцев (Кеннеди поставил перед США такую цель еще три года назад, в апреле 1961 года). Эта цель требовала мобилизации больших промышленных ресурсов. Была поставлена задача создания лунного модуля. Советский лунный модуль и американский "Аполлон" использовали тот же метод стыковки на лунной орбите. Одноместная лунная кабина ("ЛК") должна была служить для посадки космонавта на Луну, лунный орбитальный корабль ("ЛОК" - капсула-матка "Союз") должен был обеспечить возвращение на Землю через три дня. "Н-1" стала ракетой с четырьмя ступенями.
Программа предусматривала, что первый полет "Н-1/Л-З" ("Л-3" - это лунный модуль) к Луне будет автоматическим, где на место предполагаемой пилотируемой посадки опустится автомат, и только второй полет будет пилотироваться космонавтом.
Один из инженеров позже вспоминал, что эта программа "висела на грани научной фантастики". 26 двигателей должны были устанавливаться на первой ступени ракеты, что неминуемо вызывало серьезные опасения в ее надежности. Проект также предусматривал запуски других ракет, участвующих в миссии (содержание этих "дополняющих запусков" позже с модификацией проекта менялось), и предусматривал серию невероятно сложных стыковок на орбитах Земли и Луны, причем любая ошибка на любом этапе означала крах всей миссии. Однако Королев считал, что все проблемы будут решены. Возможно, это его решение и было роковым во всей лунной программе.
Было запланировано осуществить первый запуск "Н-1" в первой четверти 1966 года, затем осуществить первые посадки на Луну в 1967 и 1968 годах, что опережало срок, на который ориентировались американцы - 1969 год. В идеальном варианте миссию приурочивали к октябрю 1967 года, 50-й годовщине Большевистской Революции.
Согласно советской лунной программе, должно было состояться 12 автоматических полетов и 10 пилотируемых полетов с выходом на поверхность Луны.
13 октября 1964 года, в то время, когда на орбите летал "Восход-1", в СССР сменил ось политическое руководство. Хрущев был отстранен отдел, власть в стране перешла группе Брежнева. Это немедленно сказалось на лунном проекте. Опальным стало бюро Челомея, где работал сын Хрущева. Были отмены такие одиозные проекты, как космический челнок Челомея и гигантская станция "ОС-1" "Звезда" ("Battlestar Khrushchev", как ее называли американцы); проект "ОС-1" заменил реализованный позже проект военной космической станции "Алмаз". Задания бюро Челомея были переданы другим бюро. В связи с этим изменилась и сама концепция лунного проекта. Королев, враждовавший с Челомеем, праздновал победу, не осознавая, что это одновременно было поражением для всего лунного проекта. Как раз в это критическое для проекта время Королев узнал, что смертельно болен раком.
14 января 1966 года Королев умер в Москве во время хирургической операции. Он держал свою болезнь в тайне от коллег, и его смерть в 56 лет стала потрясением для всей советской космической отрасли. Это было последним и главным ударом лунному проекту, от которого проект так и не смог никогда оправиться. Преемник Королева, Мишин, не был столь решительной личностью и не обладал уникальным сплавом умений руководителя-политика, каким обладал Главный Конструктор. Королев был легендарным руководителем, и с его смертью вся сложная система управления работами конструкторских бюро была безвозвратно разрушена.
Но проект продолжался. В феврале 1966 года Мишин обнаружил, что из-за технологических трудностей проект требует не 75 тонн выводимого на орбиту груза, а 95 тонн. Конструкция ракеты была изменена. Среди прочего был уменьшен угол вхождения на орбиту Земли с 65 градусов до 52, уменьшена высота лунной орбиты с 300 км до 220, увеличена мощность двигателей и их количество. Результатом этих мер должно было быть увеличение массы стартующей ракеты до 2800 тонн и массы выводимого на орбиту груза до 95 тонн. К 27 апреля 1966 года были закончены работы по лунному модулю, было создано 10 готовых к полету капсул "ЛК-1". Были также разработаны "лунные вездеходы" для поездок космонавта по поверхности Луны.
Параллельно, после многолетней череды неудач, удалось, наконец, осуществить первую мягкую посадку на Луну автоматической станции серии "Луна". Через две недели после смерти Королева "Луна-9" мягко прилунилась и успела передать на Землю 8 снимков лунной поверхности прежде, чем 6 февраля сели ее батареи. Через два месяца "Луна-10" стала первым искусственным спутником Луны и транслировала оттуда "Интернационал" делегатам съезда КПСС (который впервые проходил под руководством Брежнева).
16 ноября 1966 года комиссия под руководством Мстислава Келдыша снова инспектировала проект. Комиссия нашла "Н-1" недостаточно мощной, и ракете были добавлены еще 4 двигателя первой ступени (теперь их стало 30), что позволило увеличить массу выводимого в космос груза до 98 тонн.
В ноябре 1966 года на Байконуре началось строительство ракеты. Первый запуск теперь планировали на март 1968 года.
Несмотря на перенос сроков проекта, все равно космонавт СССР должен был ступить на Луну раньше американцев - в 1968 году. На 1967 год планировались полетные испытания. Испытания лунного модуля планировались на носителе "Протон" в июне 1967 года.
10 марта 1967 года "Космос-146" тестировал ступень блока Д лунной ракеты и лунный космический корабль. Испытания в целом оказались удачными. Этот и другие успешные запуски создали у конструкторов ложное впечатление, что проект развивается успешно. Но впереди были тысячи неудач. Они начались уже с запуска "Космоса-154", в котором отказали тестировавшиеся двигатели транслунной ступени.
Одновременно проводилась подготовка космонавтов для полета на Луну - на лунном корабле "Л-3". В октябре 1965 года были отобраны 23 военных летчиков-космонавтов и инженеров-космонавтов из ОКБ-1, готовившихся одновременно для полета на "Союзе" и "Л-3". Лететь на Луну должен был Алексей Леонов (который был первым человеком, вышедшим в открытый космос 18 марта 1965 года на корабле "Восход-2"). Во время посадки на Луну, длившейся 25 секунд, он должен был стоя у пульта (не сидя в кресле) смотреть на Луну в маленькое оконце и в течение последних трех секунд принимать решение: сажать модуль или нет. Топлива для маневров не было, поэтому вся судьба лунной экспедиции должна была решаться в эти три секунды.
Скафандр "Кречет", созданный специально для высадки на Луну Леонова, имел вес 90 кг (по другим источникам - 105 кг) при весе космонавта 75 кг и был, по сути, миниатюрным космическим кораблем с запасом работы 10-12 часов. Отражатель на шлеме был сделан из чистого золота. Сегодня один этот скафандр стоит столько, сколько стоит современный истребитель.
15 января 1969 года на "Союзе-5" (Борис Волынов, Евгений Хрунов и Алексей Елисеев) Хрунов и Елисеев тестировали новые лунные скафандры во время выхода в открытый космос.
Вторым членом лунной экспедиции должен был быть Олег Макаров, пилот "ЛОК" - лунного орбитального корабля. Во время спуска Леонова на Луну он должен был находиться на лунной орбите. Два часа Макаров и Леонов должны были готовиться на лунной орбите к спуску на Луну, четыре часа отводилось на посадку Леонова на Луну, прогулку по Луне на расстоянии 300 - 500 метров от лунной кабины и возврат на орбиту, и еще полчаса давалось в резерв.
Конкурент "Н-1", более надежная, более дешевая и более мощная ракета "УР-700" Челомея с лунным кораблем "ЛК-700". Разработка этого проекта начиналась параллельно с разработкой программы "Протон" ("УР-500"), но первое официальное предложение проекта бюро Челомея представило только в 1966 году, когда начали летать "Протоны". Поскольку "Н-1" уже была в то время в разработке, разрешение и ассигнования были даны только для фазы рабочего проекта. В конце этой фазы, который совпал с неудачами "Н-1", проект был остановлен. Бюро Челомея попало в немилость у Брежнева (сын Хрущева Сергей работал в этом бюро), во многом по этим политическим причинам разработки бюро отвергались тогдашним руководством Союза. Позже Челомей предлагал версию "УР-700М" для пилотируемого полета на Марс. Это было бы обеспечено установкой на четвертой ступени построенного на основе "РД-410" ядерного двигателя ракеты, который позже тестировался "Энергомашем". Предполагаемая длина "УР-700" с космическим кораблем лунной и марсианской посадки "ЛК-700" - 75 метров, что на полтора метра меньше "Н-1". Челомей был уверен, что если бы для лунной программы была выбрана не "Н-1", а его "УР-700", СССР выиграл бы лунную гонку с США. Сегодня многие специалисты в истории космонавтики соглашаются с этим мнением.
Катастрофы
Трудности подстерегали и американцев. Астронавты Гриссом, Уайт и Чаффи погибли в ходе испытаний «Аполлона» 27 января 1967 года. Хотя в целом американская программа продвигалась белее успешно, чем советская (а 1967-1969 годы для нас особенно полны катастрофами, ибо конструкторы работали под прессом гонки по 18 часов в сутки), американцы все равно испытывали то же давление гонки и все время опасались, что русские их обгонят. Настоящую панику в НАСА вызвал в сентябре 1968 года полет автоматического «Зонда-5» к Луне, на котором испытывался советский лунный модуль. Обсерватории НАСА, следившие за полетом, услышали, как с «Зонда-5», с орбиты Луны, с Землей говорит на русском языке голос советского космонавта. «Лунная гонка проиграна, советские космонавты летают вокруг Луны!» - эта жуткая новость была тотчас передана президенту США. Однако позже выяснилось, что это был просто советский эксперимент с трансляцией записанного на пленку голоса, проводившийся для тестирования систем связи. Американцы вздохнули с облегчением, хотя успешные полеты серии «Зонд» свидетельствовали о продвижении СССР в испытаниях лунных модулей - и это вызывало у американцев большую тревогу. Полет «Зонда-5» прошел в целом успешно, хотя из-за ошибки оператора посадка произошла в Индийском океане. Судно ВМФ СССР на следующий день подобрало капсулу и отвезло ее в Союз. На борту «Зонда-5» проводились биологические эксперименты с черепахами и мухами, цель которых была выяснить возможное негативное влияние открытого космоса на космонавтов, летящих к Луне. Но это были наши последние успехи. Уже у «Зонда-6», запущенного в ноябре, была масса роковых отказов: из-за неисправностей резиновой прокладки произошла разгерметизация, и все живое на борту погибло, была неправильно осуществлена посадка, парашют вышел слишком рано, и корабль разбился о землю. Интересно, что в официальном сообщении полет был назван успешным - из политических соображений.
Первая готовая к полету «Н-1» была установлена на Байконуре еще 7 мая 1968 года, но была снята для ремонта трещины, обнаруженной в первой ступени.
За два дня до старта «Н-1», 19 февраля 1969 года, стартовала ракета «УР-500» с луноходом «Е-8» (тем самым знаменитым луноходом, известным каждому, и это была не первая попытка его запуска на Луну), который должен был передавать с Луны на Землю телевизионное изображение лунной поверхности. Ракета взорвалась на сороковой секунде после старта. Первоначально луноходы предназначались и планировались как аппараты, которые только обеспечивали бы выбор места посадки пилотируемых лунных модулей (исходя из требований «ЛК» садиться только на ровную площадь) - других принципиально особых задач перед луноходами не ставилось. Луноход должен был быть маяком для корабля Леонова. СССР после провала лунной миссии, успешно посадив на Луну луноход в 1970 году, всячески подчеркивал «эпохальную» роль лунохода в космонавтике (другого не было, чем гордиться), хотя никогда не упоминал истинную миссию лунохода, вторичную и вспомогательную - быть элементом в нашей лунной пилотируемой программе. При этом никогда не упоминалось, что в течение нескольких лет, задолго до 1970 года, около десятка paкет с луноходами взорвались на старте или промахивались мимо Луны. Удачная посадка лунохода на Луну в 1970 году - уникальное исключение из многолетнего ряда катастроф. И - в предоставленном для советской и мировой общественности виде - грустная до слез пародия на лунный проект, который не удался почти во всем. 21 февраля 1969 года ракета «Н-1» (с серийным номером «ЗЛ») стала первой запущенной ракетой из класса гигантских «Н-1» (аналог «Сатурна-V»; наши носители «Протон» до появления «Энергии» были у нас самыми мощными, хотя по мощности в 10 раз уступали американскому лунному «Сатурну» Вернера фон Брауна, создателя ракеты «Фау-2», увезенного американцами из поверженного Третьего Рейха; позже наш носитель «Энергия» стал самым мощным носителем в мире, на 30% мощнее «Сатурна», но это произошло почти через 30 лет и тогда, когда США больше не запускали таких мощных носителей - и не запускают их и сегодня, а вот тогда, в конце 60-х годов, «Н-1» должна была стать «сестрой» «Сатурна»). Космонавты Леонов и Макаров, которые готовились к полету на Луну, передали в Политбюро письмо, в котором просили разрешить им лететь (хотя этот запуск планировался автоматическим), и ждали ответа на Байконуре, готовые к полету. Но разрешения из Политбюро так и не поступило. Что и спасло жизни наших космонавтов. Запуск окончился катастрофой. Неполадки в двигателях вызвали утечку топлива и пожар, был дан неправильный сигнал системой управления, работа двигателей была остановлена на 68,7 секунде полета, а система безопасности уничтожила ракету через 1,3 секунды. Были обнаружены сбои и в других системах ракеты. Интересно, что английская разведка обнаружила этот неудачный запуск, но технические средства ЦРУ по каким-то причинам упустили его, и американцы не поверили информации английской разведки.
Главной причиной неудачи конструкторы посчитали то, что в ракете возникли температуры и вибрации от 30 двигателей первой ступени, значительно превышавшие ожидаемые. Следующая гигантская ракета, «5Л», имела соответствующие изменения в своей конструкции. Она была запущена 3 июля 1969 года (до этого неудачами закончились упрямые запуски к Луне новых ракет с луноходами в апреле и июне). 3 июля - это за две недели до старта «Аполло-11», долетевшего до Луны и высадившего там американских астронавтов. Советские конструкторы до последнего момента надеялись, что неудачи или катастрофы в американском проекте, который в СССР считали крайне рискованным, не дадут американцам высадиться на Луне раньше нас. По крайней мере, эти предположения исходили из наших постоянных неудач. И этот, второй запуск советской лунной ракеты тоже окончился катастрофой.
«5Л» стала разрушаться уже на 9-ой секунде полета, на высоте 200 метров, когда кислородный насос 8-го двигателя замусорился и взорвался. Огонь поднялся по ракете, сработали аварийные системы, тяга упала, и ракета стала крениться и падать. Включились двигатели лунного корабля, что привело к взрыву невероятной силы. В результате гигантский взрыв полностью уничтожил площадку №2 космодрома, пострадала площадка №1 и даже макет ракеты «Н-1», находившийся в 500-х метрах. ЦРУ быстро обнаружило последствия катастрофы, изучая снимки Байконура, полученные со спутников-шпионов. Согласно ряду источников, после катастрофы пусковую установку восстанавливали три года. Расследование этой аварии привело к созданию более надежных систем, но они появились только через два года. Лунная гонка была проиграна. ОКБ-1 уже не ставил перед собой цель высадиться на Луну - это был пройденный этап, это не могло являться чем-то политически значимым. Теперь перед «Н-1» ставилась новая задача: установить на Луне лунную базу - «ЛЭК», лунный экспедиционный комплекс. Если первой и ближайшей задачей было создание на Луне станции, то в качестве второй, перспективной задачи «Н-1» ставился пилотируемый полет на Марс и Венеру в 1970-х годах. Новые задачи проекта вызвали и многие изменения в конструкции «Н-1».
Параллельно бюро Челомея предложило, используя элементы лунной программы «ЛК-1», проект большого космического корабля «ТКС» с новой ядерной I верхней ступенью для пилотируемого полета на Марс в ближайшие годы. Мишин предложил аналогичный проект для полета на Марс в начале 90-х годов. Марсианская миссия «МК-900», была, однако, отменена в 1971 году, но программа «Алмаз/ТКС», в конечном счете, объединилась в 1970 году с программой «Союз» и стала базой для программы невоенной станции «Салют», которая доминировала в советской космонавтике в 1980-х годах.
Только «ЗЛ» и «5Л» несли лунные орбитальные комплексы (разумеется, без пилотов, но предназначенные для пилотируемого полета) и имели цель вывести их на орбиту Луны. «6Л» и «7Л» уже не имели задачи достигнуть лунной орбиты, они должны были доставить орбитальные станции на орбиту Земли.
24 сентября 1969 года на Байконуре была установлена еще одна «Н-1». Неизвестно, была ли это модель или тестировалась ракета «6Л», но не прошла предполетных испытаний. Впервые эта ракета была полностью окрашена в свой легендарный белоснежный цвет, ставший «визитной карточкой» советских лунных суперракет. Все последующие «Н-1» также окрашивались белой краской: конструкторы считали, что нагрев корпуса ракеты на солнце (до 60 градусов Цельсия в топливных отсеках) мог являться главной причиной аварий. Заметим, именно это и погубило «Челленджер», простоявший из-за отсрочек на космодроме много лишних дней и перегревшийся на солнце.
18 мая 1970 года разведывательные спутники США обнаружили на космодроме Байконур другую «Н-1», установленную и готовую к запуску. Ракета оставалось там до 4 июня. Запуск снова не состоялся.
27 июня 1971 года была запущена ракета «Н-1» с серийным номером «6Л». Это была значительно улучшенная модификация «Н-1». В насосы двигательной установки были поставлены специальные фильтры, была несколько изменена форма корпуса, изменены системы вентиляции и охлаждения. Как и в 1969 году, вся ракета была белоснежно белой.
Но и этот запуск окончился катастрофой. На 50,2 секунде полета отказала система управления, секундой позже ракета была взорвана системой самоуничтожения. Тем не менее, двигатели функционировали хорошо вплоть до уничтожения ракеты. Хотя запуск окончился неудачей, технические трудности проекта постепенно решались одна за другой.
Во второй половине 1972 и первой половине 1973 года конструкторские бюро начали техническую разработку мульти-модупьного орбитального комплекса (МОК). Предполагалось вывести на орбиту огромные орбитальные станции, работа которых обеспечивалась бы с помощью полетов «Н-1».
23 ноября 1972 года была запущена «Н-1» с серийным номером «7Л», значительно измененная с учетом предыдущих неудач. Этот запуск оказался почти удачным. Ракета поднялась в небо, двигатели проработали 106,93 секунды, а до завершения работы первой ступени оставалось всего семь секунд.
В этот момент из-за сбоя, вызванного несовершенной системой управления двигателями, произошло отключение шести двигателей, что привело к разрыву топливных магистралей и взрыву двигателя 4. Ракета была уничтожена системой безопасности прежде, чем отделилась первая ступень и могла бы начать функционирование вторая ступень ракеты.
Несмотря на неудачи и все сокращающееся финансирование проекта, работа над «Н-1» продолжалась. Бюро Кузнецова разработало и испытало новую серию двигателей. Следующая ракета, «8Л», была первой, использовавшей эту новую модернизированную серию двигателей НК-ЗЗ/НК-39. Запуск «8Л» планировался в четвертой четверти 1974 года. Ожидалось, что на этот раз никаких сбоев больше не будет. Уверенность в этом базировалась на анализе огромного количества телеметрических данных, полученных в ходе полета "7Л".
Потерянная Луна
Но в мае 1974 года программа «Н-1/Л-3» была отменена. Мишин был снят с должности руководителя ОКБ-1. Новая организация, НПО «Энергия», объединила ОКБ-1 и ОКБ-456, а руководителем был назначен старый враг Королева Глушко, по вине которого Королев в 30-ч годах попал в сталинские лагеря.
Две полностью собранные и готовые к полету лунные ракеты «8Л» и «9Л» были разобраны, а вместе с ними разобраны и остальные разработанные в ходе проекта конструкции.
Итог: 3,6 миллиарда рублей, потраченных на лунную программу «Н-1/Л-3», оказались потрачены во многом впустую, ибо целей проекта достигнуто не было, хотя, бесспорно, опыт и знания, полученные конструкторами, пригодились в ходе других космических проектов. Но этот проект был самым главным и самым емким в истории нашей космонавтики.
Советский Союз проиграл лунную гонку, начав ее на три года позже США и финансируя ее лишь на 1/6 от американских затрат на лунный проект.
Все участники проекта «Н-1/Л-3» чувствовали, что они, наконец, были в нескольких месяцах от его успешного завершения. Советские космонавты обязательно высадились бы на Луне и сделали там свои долговременные базы в 1974 году. Однако советское руководство приняло решение закрыть проект, и это было именно политическое решение, истинная подоплека которого до сих пор покрыта мраком тайны. (Обычно звучит такая фраза: Брежнев под влиянием военных закрыл программу. Хотя это мало что объясняет.)
Среди прочих причин, до сих пор неизвестных общественности, есть и очевидная: появившаяся тогда американская программа «Спейс Шаттл» требовала срочного советского ответа, причем в военной плоскости проекта.
После отказа от лунного проекта «Н-1/Л-I 3», главного и самого дорогостоящего космического проекта СССР, подчинившего себе все остальные проекты, Глушко начал разработку ракеты «Вулкан», имевшей совершенно новую конфигурацию и новые двигатели. 17 февраля 1976 года было принято решение модифицировать «Вулкан» в носитель «Энергия», способный выводить на орбиту советский космический челнок «Буран».
Прошло тринадцать лет, и было потрачено 14,5 миллиардов рублей до того момента, как стартовала «Энергия». И этот проект был тоже закрыт - теперь уже из-за развала Советского Союза.
Наша Вавилонская башня
Интересно, что лунная ракета «Н-1» до сих пор жива. По крайней мере, некоторые ее части все еще могут летать и способны лететь к Луне. 150 двигателей НК-33, НК-39 и НК-43, построенных в бюро Кузнецова, тайно хранились в ангарах, несмотря на закрытие программы и суровый надзор властей. Часть их была продана в США через 22 года после своего создания и слетала-таки в космос - правда, уже в рамках американских космических программ.
Что касается самой ракеты «Н-1» - этого чуда, этого величайшего достижения человечества, призванного доставить человека на Луну и Марс, то ее корпус сегодня может увидеть каждый. Правда, она, самая красивая ракета из всех, созданных руками человека, хранится не в музее. Хотя должна быть именно в музее, ибо является памятником краха человеческих надежд о Луне и Марсе и развалена Богом на куски так же, как была развалена Вавилонская башня, с помощью которой люди хотели добраться до Неба.
Огромная ракета разобрана на сегменты, и ее белоснежные части лежат в частных огородах возле космодрома. Там, в этих отсеках, малоимущие местные жители устроили погреба и сараи, где хранят свою картошку и соленую капусту. Вряд ли где-нибудь и когда-нибудь в мире были или еще будут сараи со столь дорогими стенами, буквально золотыми - стоимостью в миллиарды долларов.
Вся наша космонавтика - Вавилонская башня, почти поднявшаяся до Неба и коснувшаяся Чуда, Чудом и являясь, но рухнувшая под своей непомерной тяжестью. Точно так, как обрушилась судьба нашего Отечества, такого же вавилонского Чуда. Сегодня кажется, что нам чуть-чуть не хватило до того, чтобы на пыльных тропинках далеких планет остались наши следы. Но на самом деле мы с самого начала, в самой сути что-то делали не так, как нужно, и были обречены.
Пишу это с болью в сердце и с неутолимой печалью о нашей несбывшейся самой светлой, космической Мечте...
Рекомендованные сообщения
То, о чем рассказывается в статье, долгое время было засекречено и известно только в среде советских конструкторов ракет, а многое (несмотря на ряд публикаций в нашей прессе о советском лунном проекте) впервые сообщается читателю.
Ракета "Н-1", создававшаяся в СССР в 1960-х годах, самая красивая ракета в истории мировой космонавтики, имевшая высоту в 30-этажный дом, массу почти 2700 тонн и стоимость 600 миллионов долларов каждая, должна была стать советским аналогом носителя "Сатун-V". Серия "Н" должна была доставить советских космонавтов на Луну и использоваться при запусках огромных военных орбитальных станций. Однако, по сравнению с американским "Сатурном", проект был начат поздно, финансировался в гораздо меньшей степени, чем американский, и, к тому же, помехой являлись постоянные политические и технические распри, конкуренция между главными разработчиками - Королевым, Глушко и Челомеем. Кроме того, у советских проектов никогда не было долгосрочных целей с ясной перспективой.
Конечный результат: четыре неудачных запуска и отказ от проекта через пять лет после посадки "Аполлона" на Луну. В итоге советский космонавт так и не ступил на поверхность Луны. Мало того - Советский Союз даже отвергал долгое время, что этот огромный, фантастический проект вообще когда-либо существовал (впервые это было признано в публикации газеты "Известия" 18 августа 1989 года).
Согласно иностранным источникам (на основе которых и была написана эта статья), СССР на лунный проект "Н-1" потратил около 4 миллиардов долларов, которые сегодня равны примерно 40-50 миллиардам долларов США. Были ли эти неслыханно большие деньги потрачены впустую? И не лунная ли гонка подорвала здоровье СССР?
Полет на Марс и звездный линкор Хрущева
Еще до "Н-1"(название класса ракет "Н" означает "носитель") в СССР разрабатывались мощные ракеты для вывода больших объемов груза на орбиту, и эти проекты использовали ядерную тягу. В ОКБ-1 Королев начал работу над этими ядерными носителями 30 июня 1958 года. В ОКБ-456 и ОКБ-670 были разработаны два двигателя с ядерными реакторами, в которых достигалась температура 3000 градусов по Кельвину. Топливо нагревалось в реакторе и, сгорая, выбрасывалось через четыре сопла. Эти двигатели использовались в трех проектах ракет, которые разрабатывало ОКБ-1 Королева. Ракеты должны были выводить на орбиту груз весом от 35 до 40 тонн.
Очевидно, что испытания такой ракеты с ядерным реактором должны были иметь катастрофические последствия для экологии планеты. Интересно, что существование такого проекта упоминалось американским шпионом Олегом Пеньковским в 1961 году, но западные эксперты тогда посчитали подобные проекты абсурдными - пока это не подтвердила сама ракетно-космическая корпорация "Энергия" в 1996 году. Кстати, примерно в то же время (в конце 50-х годов) в советском ВПК был разработан проект стратегического бомбардировщика с ядерным двигателем - от него пришлось отказаться по той же причине: это был летающий Чернобыль.
После этих проектов и появился проект "суперракеты", ставший прототипом "Н-1". Первая и вторая ступени были исполнены в конической форме, позже принятой и для "Н-1". Первая ступень использовала огромное количество разработанных в бюро Н.Д. Кузнецова (создавшем двигатели для Ту-144) двигателей "НК-9", каждый с тягой 52 тонны. И только вторая ступень использовала четыре ядерных двигателя с общей тягой 850 тонн (ядерные выбросы оставались в этом случае в космосе, вне атмосферы Земли).
Работа над ядерными двигателями шла до конца 1959 года, когда стало очевидно, что обычные химические двигатели могли бы обеспечить почти эквивалентное достижение конструкторских целей с большей безопасностью и с куда меньшим риском для окружающей среды.
До объявления американцами своей программы "Аполлон" и началом лунной гонки Королев планировал полет советских космонавтов вовсе не на Луну, а на Марс и после него - на Венеру. Там должна была ступить нога советского космонавта. Луна СССР не интересовала.
Огромные размеры ракеты исходили из требования полета пилотируемого корабля на Марс. Указом от 23 июня 1960 года советское правительство поставило задачу создания химических ракет массой от 1000 до 2000 тонн, способных вынести на орбиту груз массой от 60 до 80 тонн. Указ от 13 мая 1961 года впервые особо определил создание носителя "Н-1" и ставил задачу осуществить первый запуск в 1965 году. В окончательном виде марсианский, а позже ленный проект СССР оформился как супермасштабный государственный проект 16 апреля 1962 года.
Размеры ракеты "Н-1" означали, что она должна была создаваться прямо на космодроме. В США на мыс Канаверал носители "Сатурн", имевшие размеры "Н-1", доставлялись баржами с заводов-производителей. Такой возможности не существовало для Байконура, расположенного в сухих степях Казахстана. Байконур считался единственным приемлемым местом для космодрома из-за особенностей географии Советского Союза и потребности в соседних сравнительно ненаселенных областях, которые не пострадают от падений начальных ступеней ракет.
В отличие от НАСА, советские конструкторские бюро не работали над одним общим проектом, а разрабатывали несколько альтернативных проектов. Это, как считают сегодня эксперты, в значительной степени определило неудачу советского лунного проекта. Средства и силы, и без того в несколько раз меньшие, чем в США, были не аккумулированы и направлены на решение главной задачи, а были разобщены и распылены. Бюро конкурировали друг с другом, и эта конкуренция часто переходила в конфронтацию и распри, что пагубно сказывалось на осуществлении проекта. Наконец, сами цели проекта многократно менялись.
Альтернативные разработки конструкторских бюро были рассмотрены государственной экспертной комиссией, возглавляемой Келдышем, в июле 1962 года. В августе результаты работы комиссии обсуждались между Хрущевым и конструкторами в Пицунде (Абхазия). Хрущев поставил в качестве первой цели проекта вывод на низкую орбиту вокруг Земли огромной военной пилотируемой орбитальной станции с тонной ядерного оружия.
Королеву было указано немедленно разработать трехступенчатую "Н-1" для вывода на орбиту 75 тонн груза и начать работу над военной орбитальной станцией "ОС-1". Бюро Янгеля, Челомея и Глушко получили соответствующие задания. Хрущев был озабочен в большей степени, чем высадкой советских космонавтов на Марсе или Венере, созданием большой военной орбитальной станции, пилотируемой несколькими космонавтами и имеющей ядерные ракеты, нацеленные на США. Эта станция должна была оборачиваться вокруг Земли со скоростью 24 часа, то есть висеть над одной точкой - над Вашингтоном и Нью-Йорком, постоянно угрожая им из космоса. "Американцы, - говорил Хрущев, - должны, ложась спать, каждую ночь помнить и трястись от страха, что над их головами, в их небе, в каких-то нескольких десятках километров, висит их смерть. Висят ядерные ракеты, способные уничтожить их так быстро, что они не успеют даже поднять глаза к небу".
Станция "ОС-1" имела название "Звезда"; в США этот проект действительно внушал ужас, эту орбитальную станцию американцы называли и называют сегодня "Звездный линкор Хрущева". Заметим, в ответ на этот проект США разрабатывали проект Вернера фон Брауна - проект столь же гигантской орбитальной станции в форме бублика и с искусственной гравитацией; станция была вооружена ядерными ракетами.
Звездный линкор Хрущева "ОС-1" так и не побывал в космосе, а в бюро Королева долго хранился макет станции в натуральную величину - длиной в 18,5 метров. Зато программа "Союз", создававшаяся изначально именно для доставки космонавтов на "ОС-1", была осуществлена, и ее история известна сегодня всем.
Цель - Луна
Дальнейшее развитие проекта "Н-1", ведущего проекта советской космонавтики, которому подчинялись или к которому пристраивались все остальные космические проекты, было оформлено указом от 24 сентября 1962 года. Запуск "Н-1" планировался на 1965 год. Цель - военная орбитальная станция, а в близкой перспективе - пилотируемые полеты на Марс и Венеру.
И только третьего августа 1964 года СССР включился в лунную гонку - до этого пилотируемого полета наших космонавтов на Луну не планировалось. Хрущев под влиянием Кеннеди увлекся лунной мечтой и полагал, что советская Луна станет мощным символом для пропаганды идей коммунизма. Особое постановление ЦК КПСС впервые установило цель для ОКБ-1: отправить одного космонавта на Луну и благополучно вернуть его на Землю - раньше американцев (Кеннеди поставил перед США такую цель еще три года назад, в апреле 1961 года). Эта цель требовала мобилизации больших промышленных ресурсов. Была поставлена задача создания лунного модуля. Советский лунный модуль и американский "Аполлон" использовали тот же метод стыковки на лунной орбите. Одноместная лунная кабина ("ЛК") должна была служить для посадки космонавта на Луну, лунный орбитальный корабль ("ЛОК" - капсула-матка "Союз") должен был обеспечить возвращение на Землю через три дня. "Н-1" стала ракетой с четырьмя ступенями.
Программа предусматривала, что первый полет "Н-1/Л-З" ("Л-3" - это лунный модуль) к Луне будет автоматическим, где на место предполагаемой пилотируемой посадки опустится автомат, и только второй полет будет пилотироваться космонавтом.
Один из инженеров позже вспоминал, что эта программа "висела на грани научной фантастики". 26 двигателей должны были устанавливаться на первой ступени ракеты, что неминуемо вызывало серьезные опасения в ее надежности. Проект также предусматривал запуски других ракет, участвующих в миссии (содержание этих "дополняющих запусков" позже с модификацией проекта менялось), и предусматривал серию невероятно сложных стыковок на орбитах Земли и Луны, причем любая ошибка на любом этапе означала крах всей миссии. Однако Королев считал, что все проблемы будут решены. Возможно, это его решение и было роковым во всей лунной программе.
Было запланировано осуществить первый запуск "Н-1" в первой четверти 1966 года, затем осуществить первые посадки на Луну в 1967 и 1968 годах, что опережало срок, на который ориентировались американцы - 1969 год. В идеальном варианте миссию приурочивали к октябрю 1967 года, 50-й годовщине Большевистской Революции.
Согласно советской лунной программе, должно было состояться 12 автоматических полетов и 10 пилотируемых полетов с выходом на поверхность Луны.
13 октября 1964 года, в то время, когда на орбите летал "Восход-1", в СССР сменил ось политическое руководство. Хрущев был отстранен отдел, власть в стране перешла группе Брежнева. Это немедленно сказалось на лунном проекте. Опальным стало бюро Челомея, где работал сын Хрущева. Были отмены такие одиозные проекты, как космический челнок Челомея и гигантская станция "ОС-1" "Звезда" ("Battlestar Khrushchev", как ее называли американцы); проект "ОС-1" заменил реализованный позже проект военной космической станции "Алмаз". Задания бюро Челомея были переданы другим бюро. В связи с этим изменилась и сама концепция лунного проекта. Королев, враждовавший с Челомеем, праздновал победу, не осознавая, что это одновременно было поражением для всего лунного проекта. Как раз в это критическое для проекта время Королев узнал, что смертельно болен раком.
14 января 1966 года Королев умер в Москве во время хирургической операции. Он держал свою болезнь в тайне от коллег, и его смерть в 56 лет стала потрясением для всей советской космической отрасли. Это было последним и главным ударом лунному проекту, от которого проект так и не смог никогда оправиться. Преемник Королева, Мишин, не был столь решительной личностью и не обладал уникальным сплавом умений руководителя-политика, каким обладал Главный Конструктор. Королев был легендарным руководителем, и с его смертью вся сложная система управления работами конструкторских бюро была безвозвратно разрушена.
Но проект продолжался. В феврале 1966 года Мишин обнаружил, что из-за технологических трудностей проект требует не 75 тонн выводимого на орбиту груза, а 95 тонн. Конструкция ракеты была изменена. Среди прочего был уменьшен угол вхождения на орбиту Земли с 65 градусов до 52, уменьшена высота лунной орбиты с 300 км до 220, увеличена мощность двигателей и их количество. Результатом этих мер должно было быть увеличение массы стартующей ракеты до 2800 тонн и массы выводимого на орбиту груза до 95 тонн. К 27 апреля 1966 года были закончены работы по лунному модулю, было создано 10 готовых к полету капсул "ЛК-1". Были также разработаны "лунные вездеходы" для поездок космонавта по поверхности Луны.
Параллельно, после многолетней череды неудач, удалось, наконец, осуществить первую мягкую посадку на Луну автоматической станции серии "Луна". Через две недели после смерти Королева "Луна-9" мягко прилунилась и успела передать на Землю 8 снимков лунной поверхности прежде, чем 6 февраля сели ее батареи. Через два месяца "Луна-10" стала первым искусственным спутником Луны и транслировала оттуда "Интернационал" делегатам съезда КПСС (который впервые проходил под руководством Брежнева).
16 ноября 1966 года комиссия под руководством Мстислава Келдыша снова инспектировала проект. Комиссия нашла "Н-1" недостаточно мощной, и ракете были добавлены еще 4 двигателя первой ступени (теперь их стало 30), что позволило увеличить массу выводимого в космос груза до 98 тонн.
В ноябре 1966 года на Байконуре началось строительство ракеты. Первый запуск теперь планировали на март 1968 года.
Несмотря на перенос сроков проекта, все равно космонавт СССР должен был ступить на Луну раньше американцев - в 1968 году. На 1967 год планировались полетные испытания. Испытания лунного модуля планировались на носителе "Протон" в июне 1967 года.
10 марта 1967 года "Космос-146" тестировал ступень блока Д лунной ракеты и лунный космический корабль. Испытания в целом оказались удачными. Этот и другие успешные запуски создали у конструкторов ложное впечатление, что проект развивается успешно. Но впереди были тысячи неудач. Они начались уже с запуска "Космоса-154", в котором отказали тестировавшиеся двигатели транслунной ступени.
Одновременно проводилась подготовка космонавтов для полета на Луну - на лунном корабле "Л-3". В октябре 1965 года были отобраны 23 военных летчиков-космонавтов и инженеров-космонавтов из ОКБ-1, готовившихся одновременно для полета на "Союзе" и "Л-3". Лететь на Луну должен был Алексей Леонов (который был первым человеком, вышедшим в открытый космос 18 марта 1965 года на корабле "Восход-2"). Во время посадки на Луну, длившейся 25 секунд, он должен был стоя у пульта (не сидя в кресле) смотреть на Луну в маленькое оконце и в течение последних трех секунд принимать решение: сажать модуль или нет. Топлива для маневров не было, поэтому вся судьба лунной экспедиции должна была решаться в эти три секунды.
Скафандр "Кречет", созданный специально для высадки на Луну Леонова, имел вес 90 кг (по другим источникам - 105 кг) при весе космонавта 75 кг и был, по сути, миниатюрным космическим кораблем с запасом работы 10-12 часов. Отражатель на шлеме был сделан из чистого золота. Сегодня один этот скафандр стоит столько, сколько стоит современный истребитель.
15 января 1969 года на "Союзе-5" (Борис Волынов, Евгений Хрунов и Алексей Елисеев) Хрунов и Елисеев тестировали новые лунные скафандры во время выхода в открытый космос.
Вторым членом лунной экспедиции должен был быть Олег Макаров, пилот "ЛОК" - лунного орбитального корабля. Во время спуска Леонова на Луну он должен был находиться на лунной орбите. Два часа Макаров и Леонов должны были готовиться на лунной орбите к спуску на Луну, четыре часа отводилось на посадку Леонова на Луну, прогулку по Луне на расстоянии 300 - 500 метров от лунной кабины и возврат на орбиту, и еще полчаса давалось в резерв.
Конкурент "Н-1", более надежная, более дешевая и более мощная ракета "УР-700" Челомея с лунным кораблем "ЛК-700". Разработка этого проекта начиналась параллельно с разработкой программы "Протон" ("УР-500"), но первое официальное предложение проекта бюро Челомея представило только в 1966 году, когда начали летать "Протоны". Поскольку "Н-1" уже была в то время в разработке, разрешение и ассигнования были даны только для фазы рабочего проекта. В конце этой фазы, который совпал с неудачами "Н-1", проект был остановлен. Бюро Челомея попало в немилость у Брежнева (сын Хрущева Сергей работал в этом бюро), во многом по этим политическим причинам разработки бюро отвергались тогдашним руководством Союза. Позже Челомей предлагал версию "УР-700М" для пилотируемого полета на Марс. Это было бы обеспечено установкой на четвертой ступени построенного на основе "РД-410" ядерного двигателя ракеты, который позже тестировался "Энергомашем". Предполагаемая длина "УР-700" с космическим кораблем лунной и марсианской посадки "ЛК-700" - 75 метров, что на полтора метра меньше "Н-1". Челомей был уверен, что если бы для лунной программы была выбрана не "Н-1", а его "УР-700", СССР выиграл бы лунную гонку с США. Сегодня многие специалисты в истории космонавтики соглашаются с этим мнением.
Катастрофы
Трудности подстерегали и американцев. Астронавты Гриссом, Уайт и Чаффи погибли в ходе испытаний «Аполлона» 27 января 1967 года. Хотя в целом американская программа продвигалась белее успешно, чем советская (а 1967-1969 годы для нас особенно полны катастрофами, ибо конструкторы работали под прессом гонки по 18 часов в сутки), американцы все равно испытывали то же давление гонки и все время опасались, что русские их обгонят. Настоящую панику в НАСА вызвал в сентябре 1968 года полет автоматического «Зонда-5» к Луне, на котором испытывался советский лунный модуль. Обсерватории НАСА, следившие за полетом, услышали, как с «Зонда-5», с орбиты Луны, с Землей говорит на русском языке голос советского космонавта. «Лунная гонка проиграна, советские космонавты летают вокруг Луны!» - эта жуткая новость была тотчас передана президенту США. Однако позже выяснилось, что это был просто советский эксперимент с трансляцией записанного на пленку голоса, проводившийся для тестирования систем связи. Американцы вздохнули с облегчением, хотя успешные полеты серии «Зонд» свидетельствовали о продвижении СССР в испытаниях лунных модулей - и это вызывало у американцев большую тревогу. Полет «Зонда-5» прошел в целом успешно, хотя из-за ошибки оператора посадка произошла в Индийском океане. Судно ВМФ СССР на следующий день подобрало капсулу и отвезло ее в Союз. На борту «Зонда-5» проводились биологические эксперименты с черепахами и мухами, цель которых была выяснить возможное негативное влияние открытого космоса на космонавтов, летящих к Луне. Но это были наши последние успехи. Уже у «Зонда-6», запущенного в ноябре, была масса роковых отказов: из-за неисправностей резиновой прокладки произошла разгерметизация, и все живое на борту погибло, была неправильно осуществлена посадка, парашют вышел слишком рано, и корабль разбился о землю. Интересно, что в официальном сообщении полет был назван успешным - из политических соображений.
Первая готовая к полету «Н-1» была установлена на Байконуре еще 7 мая 1968 года, но была снята для ремонта трещины, обнаруженной в первой ступени.
За два дня до старта «Н-1», 19 февраля 1969 года, стартовала ракета «УР-500» с луноходом «Е-8» (тем самым знаменитым луноходом, известным каждому, и это была не первая попытка его запуска на Луну), который должен был передавать с Луны на Землю телевизионное изображение лунной поверхности. Ракета взорвалась на сороковой секунде после старта. Первоначально луноходы предназначались и планировались как аппараты, которые только обеспечивали бы выбор места посадки пилотируемых лунных модулей (исходя из требований «ЛК» садиться только на ровную площадь) - других принципиально особых задач перед луноходами не ставилось. Луноход должен был быть маяком для корабля Леонова. СССР после провала лунной миссии, успешно посадив на Луну луноход в 1970 году, всячески подчеркивал «эпохальную» роль лунохода в космонавтике (другого не было, чем гордиться), хотя никогда не упоминал истинную миссию лунохода, вторичную и вспомогательную - быть элементом в нашей лунной пилотируемой программе. При этом никогда не упоминалось, что в течение нескольких лет, задолго до 1970 года, около десятка paкет с луноходами взорвались на старте или промахивались мимо Луны. Удачная посадка лунохода на Луну в 1970 году - уникальное исключение из многолетнего ряда катастроф. И - в предоставленном для советской и мировой общественности виде - грустная до слез пародия на лунный проект, который не удался почти во всем. 21 февраля 1969 года ракета «Н-1» (с серийным номером «ЗЛ») стала первой запущенной ракетой из класса гигантских «Н-1» (аналог «Сатурна-V»; наши носители «Протон» до появления «Энергии» были у нас самыми мощными, хотя по мощности в 10 раз уступали американскому лунному «Сатурну» Вернера фон Брауна, создателя ракеты «Фау-2», увезенного американцами из поверженного Третьего Рейха; позже наш носитель «Энергия» стал самым мощным носителем в мире, на 30% мощнее «Сатурна», но это произошло почти через 30 лет и тогда, когда США больше не запускали таких мощных носителей - и не запускают их и сегодня, а вот тогда, в конце 60-х годов, «Н-1» должна была стать «сестрой» «Сатурна»). Космонавты Леонов и Макаров, которые готовились к полету на Луну, передали в Политбюро письмо, в котором просили разрешить им лететь (хотя этот запуск планировался автоматическим), и ждали ответа на Байконуре, готовые к полету. Но разрешения из Политбюро так и не поступило. Что и спасло жизни наших космонавтов. Запуск окончился катастрофой. Неполадки в двигателях вызвали утечку топлива и пожар, был дан неправильный сигнал системой управления, работа двигателей была остановлена на 68,7 секунде полета, а система безопасности уничтожила ракету через 1,3 секунды. Были обнаружены сбои и в других системах ракеты. Интересно, что английская разведка обнаружила этот неудачный запуск, но технические средства ЦРУ по каким-то причинам упустили его, и американцы не поверили информации английской разведки.
Главной причиной неудачи конструкторы посчитали то, что в ракете возникли температуры и вибрации от 30 двигателей первой ступени, значительно превышавшие ожидаемые. Следующая гигантская ракета, «5Л», имела соответствующие изменения в своей конструкции. Она была запущена 3 июля 1969 года (до этого неудачами закончились упрямые запуски к Луне новых ракет с луноходами в апреле и июне). 3 июля - это за две недели до старта «Аполло-11», долетевшего до Луны и высадившего там американских астронавтов. Советские конструкторы до последнего момента надеялись, что неудачи или катастрофы в американском проекте, который в СССР считали крайне рискованным, не дадут американцам высадиться на Луне раньше нас. По крайней мере, эти предположения исходили из наших постоянных неудач. И этот, второй запуск советской лунной ракеты тоже окончился катастрофой.
«5Л» стала разрушаться уже на 9-ой секунде полета, на высоте 200 метров, когда кислородный насос 8-го двигателя замусорился и взорвался. Огонь поднялся по ракете, сработали аварийные системы, тяга упала, и ракета стала крениться и падать. Включились двигатели лунного корабля, что привело к взрыву невероятной силы. В результате гигантский взрыв полностью уничтожил площадку №2 космодрома, пострадала площадка №1 и даже макет ракеты «Н-1», находившийся в 500-х метрах. ЦРУ быстро обнаружило последствия катастрофы, изучая снимки Байконура, полученные со спутников-шпионов. Согласно ряду источников, после катастрофы пусковую установку восстанавливали три года. Расследование этой аварии привело к созданию более надежных систем, но они появились только через два года. Лунная гонка была проиграна. ОКБ-1 уже не ставил перед собой цель высадиться на Луну - это был пройденный этап, это не могло являться чем-то политически значимым. Теперь перед «Н-1» ставилась новая задача: установить на Луне лунную базу - «ЛЭК», лунный экспедиционный комплекс. Если первой и ближайшей задачей было создание на Луне станции, то в качестве второй, перспективной задачи «Н-1» ставился пилотируемый полет на Марс и Венеру в 1970-х годах. Новые задачи проекта вызвали и многие изменения в конструкции «Н-1».
Параллельно бюро Челомея предложило, используя элементы лунной программы «ЛК-1», проект большого космического корабля «ТКС» с новой ядерной I верхней ступенью для пилотируемого полета на Марс в ближайшие годы. Мишин предложил аналогичный проект для полета на Марс в начале 90-х годов. Марсианская миссия «МК-900», была, однако, отменена в 1971 году, но программа «Алмаз/ТКС», в конечном счете, объединилась в 1970 году с программой «Союз» и стала базой для программы невоенной станции «Салют», которая доминировала в советской космонавтике в 1980-х годах.
Только «ЗЛ» и «5Л» несли лунные орбитальные комплексы (разумеется, без пилотов, но предназначенные для пилотируемого полета) и имели цель вывести их на орбиту Луны. «6Л» и «7Л» уже не имели задачи достигнуть лунной орбиты, они должны были доставить орбитальные станции на орбиту Земли.
24 сентября 1969 года на Байконуре была установлена еще одна «Н-1». Неизвестно, была ли это модель или тестировалась ракета «6Л», но не прошла предполетных испытаний. Впервые эта ракета была полностью окрашена в свой легендарный белоснежный цвет, ставший «визитной карточкой» советских лунных суперракет. Все последующие «Н-1» также окрашивались белой краской: конструкторы считали, что нагрев корпуса ракеты на солнце (до 60 градусов Цельсия в топливных отсеках) мог являться главной причиной аварий. Заметим, именно это и погубило «Челленджер», простоявший из-за отсрочек на космодроме много лишних дней и перегревшийся на солнце.
18 мая 1970 года разведывательные спутники США обнаружили на космодроме Байконур другую «Н-1», установленную и готовую к запуску. Ракета оставалось там до 4 июня. Запуск снова не состоялся.
27 июня 1971 года была запущена ракета «Н-1» с серийным номером «6Л». Это была значительно улучшенная модификация «Н-1». В насосы двигательной установки были поставлены специальные фильтры, была несколько изменена форма корпуса, изменены системы вентиляции и охлаждения. Как и в 1969 году, вся ракета была белоснежно белой.
Но и этот запуск окончился катастрофой. На 50,2 секунде полета отказала система управления, секундой позже ракета была взорвана системой самоуничтожения. Тем не менее, двигатели функционировали хорошо вплоть до уничтожения ракеты. Хотя запуск окончился неудачей, технические трудности проекта постепенно решались одна за другой.
Во второй половине 1972 и первой половине 1973 года конструкторские бюро начали техническую разработку мульти-модупьного орбитального комплекса (МОК). Предполагалось вывести на орбиту огромные орбитальные станции, работа которых обеспечивалась бы с помощью полетов «Н-1».
23 ноября 1972 года была запущена «Н-1» с серийным номером «7Л», значительно измененная с учетом предыдущих неудач. Этот запуск оказался почти удачным. Ракета поднялась в небо, двигатели проработали 106,93 секунды, а до завершения работы первой ступени оставалось всего семь секунд.
В этот момент из-за сбоя, вызванного несовершенной системой управления двигателями, произошло отключение шести двигателей, что привело к разрыву топливных магистралей и взрыву двигателя 4. Ракета была уничтожена системой безопасности прежде, чем отделилась первая ступень и могла бы начать функционирование вторая ступень ракеты.
Несмотря на неудачи и все сокращающееся финансирование проекта, работа над «Н-1» продолжалась. Бюро Кузнецова разработало и испытало новую серию двигателей. Следующая ракета, «8Л», была первой, использовавшей эту новую модернизированную серию двигателей НК-ЗЗ/НК-39. Запуск «8Л» планировался в четвертой четверти 1974 года. Ожидалось, что на этот раз никаких сбоев больше не будет. Уверенность в этом базировалась на анализе огромного количества телеметрических данных, полученных в ходе полета "7Л".
Потерянная Луна
Но в мае 1974 года программа «Н-1/Л-3» была отменена. Мишин был снят с должности руководителя ОКБ-1. Новая организация, НПО «Энергия», объединила ОКБ-1 и ОКБ-456, а руководителем был назначен старый враг Королева Глушко, по вине которого Королев в 30-ч годах попал в сталинские лагеря.
Две полностью собранные и готовые к полету лунные ракеты «8Л» и «9Л» были разобраны, а вместе с ними разобраны и остальные разработанные в ходе проекта конструкции.
Итог: 3,6 миллиарда рублей, потраченных на лунную программу «Н-1/Л-3», оказались потрачены во многом впустую, ибо целей проекта достигнуто не было, хотя, бесспорно, опыт и знания, полученные конструкторами, пригодились в ходе других космических проектов. Но этот проект был самым главным и самым емким в истории нашей космонавтики.
Советский Союз проиграл лунную гонку, начав ее на три года позже США и финансируя ее лишь на 1/6 от американских затрат на лунный проект.
Все участники проекта «Н-1/Л-3» чувствовали, что они, наконец, были в нескольких месяцах от его успешного завершения. Советские космонавты обязательно высадились бы на Луне и сделали там свои долговременные базы в 1974 году. Однако советское руководство приняло решение закрыть проект, и это было именно политическое решение, истинная подоплека которого до сих пор покрыта мраком тайны. (Обычно звучит такая фраза: Брежнев под влиянием военных закрыл программу. Хотя это мало что объясняет.)
Среди прочих причин, до сих пор неизвестных общественности, есть и очевидная: появившаяся тогда американская программа «Спейс Шаттл» требовала срочного советского ответа, причем в военной плоскости проекта.
После отказа от лунного проекта «Н-1/Л-I 3», главного и самого дорогостоящего космического проекта СССР, подчинившего себе все остальные проекты, Глушко начал разработку ракеты «Вулкан», имевшей совершенно новую конфигурацию и новые двигатели. 17 февраля 1976 года было принято решение модифицировать «Вулкан» в носитель «Энергия», способный выводить на орбиту советский космический челнок «Буран».
Прошло тринадцать лет, и было потрачено 14,5 миллиардов рублей до того момента, как стартовала «Энергия». И этот проект был тоже закрыт - теперь уже из-за развала Советского Союза.
Наша Вавилонская башня
Интересно, что лунная ракета «Н-1» до сих пор жива. По крайней мере, некоторые ее части все еще могут летать и способны лететь к Луне. 150 двигателей НК-33, НК-39 и НК-43, построенных в бюро Кузнецова, тайно хранились в ангарах, несмотря на закрытие программы и суровый надзор властей. Часть их была продана в США через 22 года после своего создания и слетала-таки в космос - правда, уже в рамках американских космических программ.
Что касается самой ракеты «Н-1» - этого чуда, этого величайшего достижения человечества, призванного доставить человека на Луну и Марс, то ее корпус сегодня может увидеть каждый. Правда, она, самая красивая ракета из всех, созданных руками человека, хранится не в музее. Хотя должна быть именно в музее, ибо является памятником краха человеческих надежд о Луне и Марсе и развалена Богом на куски так же, как была развалена Вавилонская башня, с помощью которой люди хотели добраться до Неба.
Огромная ракета разобрана на сегменты, и ее белоснежные части лежат в частных огородах возле космодрома. Там, в этих отсеках, малоимущие местные жители устроили погреба и сараи, где хранят свою картошку и соленую капусту. Вряд ли где-нибудь и когда-нибудь в мире были или еще будут сараи со столь дорогими стенами, буквально золотыми - стоимостью в миллиарды долларов.
Вся наша космонавтика - Вавилонская башня, почти поднявшаяся до Неба и коснувшаяся Чуда, Чудом и являясь, но рухнувшая под своей непомерной тяжестью. Точно так, как обрушилась судьба нашего Отечества, такого же вавилонского Чуда. Сегодня кажется, что нам чуть-чуть не хватило до того, чтобы на пыльных тропинках далеких планет остались наши следы. Но на самом деле мы с самого начала, в самой сути что-то делали не так, как нужно, и были обречены.
Пишу это с болью в сердце и с неутолимой печалью о нашей несбывшейся самой светлой, космической Мечте...
Опубликовано Praetor95,
Закреплено Strаtegium