Летопись рода Стенкилей

[Nog 41]

Вступление

Не могу сказать, что это первая моя попытка написания AAR, но прежние заканчивались довольно скоро, сам не знаю почему. Надеюсь в этот раз продержаться дольше. Для начала выбрал династию королей Швеции, с самого начала, с 1066 года. Модов нет, версия самая последняя – The Sunset Invasion. Потом подумал, что надо было бы его отключить, хочется более историческое повествование. Впрочем, до XIII века ещё дожить надо. Сложность нормальная.

Часть 1. Царствование Стенкиля I. 1060-1066 г.г.

Рассказ наш пойдёт о правлении и славных деяниях шведских королей, потомков конунга Стенкиля, истинных строителей государства, ибо до воцарения его положение Швеции было тягостно. Ярлы и графы* лишь едва подчинялись верховной власти, занятые кто устройством собственных владений, кто грызнёй с соседями, кто заморскими набегами; христианские епископы отчаянно пытались искоренить традиционные местные верования, чему было множество препятствий – достаточно сказать, что даже Эмунд Старый, предшественник Стенкиля на троне, поклонялся Одину, а не Христу, хотя и дозволил христианам проповедовать свою веру в его владениях.

Больше того, конунг не мог даже взойти на трон без одобрения знати; именно так Эрик, сын Эмунда, был лишён короны, которую ярлы вручили славному воину и полководцу Стенкилю, который вдобавок был женат на дочери Эмунда Марии. Христиане торжествовали, и не зря – пусть Свенкиль и не провозглашал открытых гонений на язычников, и больше того, не вёл и тайных войн с ними, но тем не менее через несколько лет христианство совершенно утвердилось в центре и на юге Швеции. Оплотом языческой веры оставался Уппланд, владение уже упомянутого ярла Эрика, который не только не скрывал своей вражды к христианам, но и от претензий на королевский титул отказываться совсем не торопился. До поры до времени, впрочем, в королевстве царил мир – тому служили и военный талант Стенкиля, и его родство с Эриком, хотя трудно сказать, насколько искренне последний признавал своей сестрой крестившуюся перед замужеством Марию.

Карта религийНажмите здесь!

  [Cкрыть]

Гром грянул на шестом году правления Стенкиля. По всей видимости, поводом для выступления Эрика стал поход, объявленный конунгом для покорения язычников в северных землях – Ангерманланде, а затем, возможно, и в Вестерботтене. Но время для выступления Эрик выбрал явно неудачно – армия короля уже была собрана, и южные ярлы один за другим приводили свои, пусть и немногочисленные, дружины ему на помощь, так что конунг без тени сомнения отверг требования шурина, а затем двинул войска не на север, а на восток, к Упсале. Язычники сражались яростно, даже переходили в наступление и какое-то время держали в осаде Грипсхольм, столицу Стенкиля, но были отброшены и частью перебиты, частью рассеяны.

Ярл ЭрикНажмите здесь!

  [Cкрыть]

Во всех боях Стенкиль шёл впереди своей армии, первым врываясь в ряды противника, и эти бои лишь ещё больше укрепили славу конунга как великого воина… славу, которой было суждено пережить его, и очень скоро. В горячке войны Стенкиль забыл о горячке природной – ни он сам, ни его приближённые, ни даже все придворные лекари не распознали болезни короля. Увы, но, едва приведя свои отряды под стены Хатуны, замка своего врага, Стенкиль слёг и больше уже не поднялся. Там же, в военном лагере он скоропостижно скончался, не дожив даже до сорока лет, оставив своему преемнику в наследство незаконченную войну.

Стенкиль IНажмите здесь!

  [Cкрыть]

К счастью, по крайней мере от споров за наследство преемника король уберёг, несмотря на то, что у него было целых четверо сыновей. В другой стране подобное положение наверняка бы привело к годам междоусобиц, но Стенкиль, воспользовавшись старой традицией избрания короля, объявил себя, как конунга, изъявителем воли всех ярлов, и назвал своим наследником младшего из сыновей, Имре, которому едва исполнилось 16 лет. Даже остальные сыновья Стенкиля согласились с этим выбором, признавая таланты своего младшего брата… по крайней мере внешне. Так на языческих землях Упланда началось правление короля Имре I.

* К сожалению, не нашёл подходящего аналога в рангах шведской аристократии; подошли бы хэрсиры, но они были только в Норвегии. Впрочем, Парадоксы его тоже не нашли, так что принял как есть. И о королевском титуле – я буду использовать оба варианта, и конунг, и король. Так просто менее однообразно.

[Cы́роводка 763]

Позвольте спросить, почему Свенкиль?

[Nog 41]

Чёрт. Прошу прощения. Стенкиль, конечно.. сейчас исправлю. Есть там среди вассалов ярл Свен, вот что-то и помутилось.

Upd. Не исправить уже... Можно ли модераторов попросить? Или заново тему создать?

[rigips 68]

Молодец. Продолжай писать.

[Evertonian 3,599]

Чёрт. Прошу прощения. Стенкиль, конечно.. сейчас исправлю. Есть там среди вассалов ярл Свен, вот что-то и помутилось.

Upd. Не исправить уже... Можно ли модераторов попросить? Или заново тему создать?

i

все поправил

[Nog 41]

Часть 2. Царствование Инге I. 1066-1093 г.г.

Со стыдом отмечу, что в конце первого сообщения была ещё одна опечатка - нового короля звали не Имре, а именно Инге.

Инге стал королём в непростое время междоусобной войны. Хотя главные силы ярла Эрика Язычника и были уже разбиты и частично уничтожены, но праздновать победу было преждевременно. Никто не мог обещать, что на помощь единственному, по сути, защитнику их веры не соберутся с севера новые отряды поклонников Одина и Тора. Поэтому Инге ни на миг не ослаблял осаду замка Хотуны, послав заодно за помощью к своему тестю, датскому королю Свенду II. Помочь тот обещал, но с отправкой войск совсем не спешил.

Свадьба Инге состоялась ещё при жизни его отца; перед началом планируемого северного похода Стенкиль желал помимо женитьбы своего наследника как таковой ещё и обезопасить южные рубежи своих владений. Быть может, при этом конунг имел и более отдалённые виды, скажем, на объединение шведской и датской корон, но пока об этом думать не приходилось – у юной принцессы Гунхильды имелось ещё тринадцать братьев и сестёр.

Зато уже в первые месяцы правления Инге удалось расширить пределы власти шведского короля. Граф Фасте, правитель небольшой области Даль на границе с Норвегией не только привёл свои войска на борьбу с язычниками, но и искренне принёс вассальную клятву.

К сожалению, молодой король Инге отличался заметной трусостью и всеми способами избегал вести войска, поэтому королевской армией в этой войне с немалым успехом командовал королевский маршал, бургомистр города Кальмара Бо. Этот полноватый и неуклюжий с виду человек, ранее один из приближённых Стенкиля, быстро проявил своё полководческое дарование, не только нанеся ряд поражений врагам, но и реорганизовал всю армию короля, добившись от непривычных к единому командованию викингов невиданной ранее эффективности.

Маршал БоНажмите здесь!

 

[Cкрыть]

К концу 1067 года датчане всё же прислали небольшой отряд на помощь Инге; командовал им принц Свенд, один из многочисленных братьев Гунхильды. Занимались датчане в основном тем, что гоняли по лесам и горам мелкие недобитые отряды язычников, не давая им объединиться и создать угрозу армии, осаждающей замки и города, которые, кстати говоря, постепенно переходили под власть Инге. И летом следующего, 1068 года, исход междоусобицы был решён окончательно – ярл Эрик сдался на милость короля. Инге и в самом деле отнёсся к нему милостиво, по крайней мере, с нашей точки зрения. Эрик сохранил и жизнь, и владения, сохранил всё, кроме веры – по требованию конунга он принял крещение и был отпущен в Уппланд вновь собирать войска, ведь северные язычники всё ещё не были усмирены.

Крещение ЭрикаНажмите здесь!

  [Cкрыть]

Собранная армия, увы, была не слишком сильна, ведь так много воинов сложили свои головы в междоусобице, и бои с северянами шли куда тяжелее, чем думалось перед началом похода. В отчаянной попытке быстрым ударом сломить врага, конунг Инге обратился к наёмникам и привлёк себе на службу две тысячи пехотинцев и несколько сотен всадников из русских земель. Это принесло успех – королевская армия разбила врага в пух и прах и вскоре захватила его столицу, так что летом 1069 года конунг Инге приобрёл новое владение, графство Энгерманланд, а в страну наконец пришёл мир.

Русские наёмники шведского короляНажмите здесь!

  [Cкрыть]

Правда, недолгий… Спустя считанные недели датский король начал поход в Ливонию и убедительно попросил зятя о помощи. Инге согласился… Но посылать войска на новую войну совсем не спешил. Во-первых, разведчики доносили, что силы у ливонцев по-настоящему немалые, да и далеко. А во-вторых, конунг уже кусал локти из-за собственной доброты – ярла Эрика поражение и кратковременное пребывание в темнице, и даже святое крещение ничуть не успокоили, он по-прежнему нацеливался захватить шведский трон.

Надеясь избежать новой междоусобицы, Инге старался ослабить своего дядюшку менее очевидными способами, например, уменьшить его владения. Королю казалось, что земля Вестманланд гораздо лучше выглядела бы под королевским знаменем. Впрочем, предприятие это успехом не увенчалось, и январь 1070 года оказался омрачён вновь вспыхнувшей войной.

Заговор ЭрикаНажмите здесь!

  [Cкрыть]

Битва при АрвикеНажмите здесь!

  [Cкрыть]

Сражения были по-настоящему жестокими, и враги не жалели друг друга. В одной и той же битве при Арвике один за другим погибли маршал Бо и брат короля Эрик, возглавивший армию после него. Война растянулась на несколько лет, и закончилась лишь весной 1074 года, вскоре, кстати, после бесславного завершения похода датчан в Ливонию. Швецию этот поход так и не затронул, не иначе как божьим соизволением…

К Эрику же судьба в лице конунга была на сей раз куда менее благосклонна; Инге поклялся, что коварный родственник окончит свои дни в подвалах Грипсхольма, а если и сбежит, то возвращаться ему будет некуда – все владения Эрика Инге забрал себе, сделавшись помимо прочих титулов ярлом Уппланда и Бергслагена.

А в следующем году браг Инге и Гунхильды был наконец благословлён рождением сына, которому дали имя Стирбьёрн. Два года спустя, в мае 1077, на свет появился и его брат, Арнбьёрн. Осчастливленный Инге и думать забыл о войнах, наслаждаясь мирным временем и семейным благополучием. Но при этом он не бездельничал – за эти годы были возведены новые укрепления в Грипсхольме и Хотуне, изучены новые способы военных действий и городского строительства, обращены в католичество жители Уппланда; кроме того, впечатлённые победами короля ярлы с готовностью согласились с новыми законами, запрещающими любые междоусобицы. Спустя несколько лет, после рождения третьего сына, получившего имя Фасте, король решился на перенос столицы – в знак победы над язычеством теперь он правил из бывшей столицы Эрика Язычника, Хотуны.

В 1080 году королю пришлось столкнуться с бедой и в собственном доме. Королева Гунхильда, уже родившая к тому времени трёх сыновей и дочь и носящая пятого ребёнка, неожиданно для всех оказалась замешана в заговоре с целью убийства малолетнего принца Стенкиля, сына Хакана, брата короля и графа Энгерманланда. Какую угрозу увидела в нём королева, объяснить она так и не смогла; скрепя сердце, Инге поместил супругу под домашний арест и настрого запретил участие в подобных заговорах.

Сам же конунг, рассчитывая ещё больше укрепить свою власть и шире распространить христианскую веру, занялся заговором с целью принять в свой домен Аландские острова, очень уж выгодно они располагались, прикрывая с моря его новую столицу, а кроме того были одним из главных оплотов врага в ходе недавних междоусобиц. Все крупные ярлы и епископы поддержали стремление Инге. Однако, несмотря на это, гордый юный повелитель островов Магнус отказался передать королю свой титул… и был разгромлен превосходящими силами. Устрашённые молниеносной победой аландские жители в течение нескольких месяцев приняли новую веру.

Покорение Аландских острововНажмите здесь!

  [Cкрыть]

Воспитание принца Стирбьёрна тем временем было поручено королевскому стюарду Ингевальду. Хотя с каждым годом Инге всё меньше рассчитывал на Стирбьёрна как своего наследника – очень уж радовал как родителей, так и придворных трёхлетний малыш Фасте, уже в столь раннем возрасте демонстрировавший черты истинного гения, одарённого во всех областях человеческой деятельности.

Небольшая война с аландцами явно не утолила боевой жажды конунга и его подданных, и взор его вновь устремился на север. Под знаменем христианской веры Инге провозгласил возобновление походов против язычников и двинул армию против племён Вестерботтена. На этот раз он лично вёл войска, и добился немалых успехов, приобретя славу истинного мастера управления тяжёлой пехотой, составлявшей основу его сил. Поход, как и ожидалось, завершился победой и присоединением к королевским владениям новой земли, но когда шведские отряды уже собирались отправляться по домам, внезапный удар по ним нанёс вождь Бэйви, правивший племенами на севере Финляндии. Возвращение домой пришлось отложить – оставлять север в таком беспокойстве король не мог. Новых завоеваний эта война не принесла, но славу короля-победителя укрепила. Кроме того, впечатлённый действиями своих войск Инге распорядился об особых тренировках тяжёлой пехоты в своей столице.

Воинственная натура отца, видимо, всё же сказалась и в сыне. Он по-прежнему чувствовал себя неуютно на поле боя, но догадываться об этом было всё сложнее – сила воли у Инге была поистине велика. В самом начале 1087 года король вновь собрал войска, на сей раз отправляясь на запад. Неустроение и восстания в Норвежском королевстве заставили его вспомнить о том, что по закону земля Викен должна подчиняться ярлу Вестерготланда, каковой титул носил сам Инге, а вовсе не королю Норвегии. Эта война вновь не создала серьёзных проблем, хотя и не сказать, что победа далась малой кровью. Но как бы то ни было, графство Викен было присоединено к королевским владениям.

Война завершилась миром в 1089 году, и казалось, по крайней мере на какое-то время воинственность подданных Инге успокоена. И действительно, король перестал враждебно поглядывать на соседей, вновь занявшись устроением собственных старых и новообретённых владений. А год спустя произошло событие, изменившее ход истории всей Европы. Новый римский папа, избранный лишь за несколько месяцев до этого, Аницет II, провозгласил начало крестовых походов и призвал всех католиков на освобождение Гроба Господня.

Последнее восстание язычниковНажмите здесь!

  [Cкрыть]

Но Инге не спешил откликаться на этот зов. Плыть за сто морей отстаивать христианскую веру было, конечно, богоугодным делом, но сначала надо было окончательно сломить язычников в своей собственной стране. Летом 1091 года против конунга поднялись правители Гестрикланда, Хельсингланда и Эланда – фактически, последних оплотов традиционной веры. Трудно сказать, действительно ли язычники надеялись на победу и выход из под власти Хотуны, или же просто не желали видеть окончательного поругания своих идолов и стремились принести им последние кровавые жертвы. Шансов на успех у них, пожалуй, не было – железные хускарлы Инге один за другим перемалывали отряды врага, захватывая замок за замком. Окончательная победа была уже очевидна, когда сердце короля, истомлённое постоянным напряжением, не выдержало. В июне 1093 года конунг Инге I скончался, как и его отец много лет назад, под стенами осаждённого вражеского города.

Двадцатисемилетнее правление Инге, бесспорно, было весьма успешным. Он сломил противников христианской веры в своей стране, расширил границы своих владений, укрепил власть короны; под его рукой бурно росли и развивались города и замки. Наследство новому королю Фасте I досталось просто блестящее.

[Nog 41]

Часть 3. Царствование Фасте I. 1093-1141 гг.

Юный король, ещё не достигший совершеннолетия, благополучно довёл до завершения войну с неверными подданными; язычникам это восстание обошлось недёшево – Эланд и Хельсингланд перешли под власть короля, и восставшие вожди были заточены в подземелье Хотуны, где, между прочим, до сих пор содержался и сам Эрик Язычник – несмотря на принятое крещение, его, если и вспоминали, называли только так.

Молодой корольНажмите здесь!

  [Cкрыть]

Спустя год старшие братья короля получили собственные владения – Стирбьёрн стал ярлом Смоланда, а Арнбьёрн графом Хельсингланда, и король Фасте начал самостоятельное правление. И едва ли не первым его решением стала королевская свадьба. Выбор конунга, бесспорно, удивил всех, думается, вплоть до родственников самой невесты, которой стала сербская дворянка Малина из рода Дуклянинов. Менестрели пели, что эта свадьба была по большой любви… но как и почему она возникла, не знал никто.

Но едва отгремели праздничные торжества, как король Фасте получил внезапный и мощный удар в спину. Папа Аницет II, и без того косо посматривавший на шведскую корону – ему не давали покоя свободная инвеститура в Швеции и отказ от участия в освобождении Иерусалима – отлучил короля от церкви по мольбе Ингегерды, хозяйки Бергсладена. Чем была вызвана эта мольба, для нас остаётся тайной. Послов Фасте с просьбами об индульгенции папа принимать отказывался. В надежде выиграть время и не допустить восстания в стране, конунг повелел схватить и заточить Ингегерду в темнице, что и было выполнено. В то же время кайзер Священной Римской империи Оттон, родственник Фасте по жене одного из его братьев, призвал его на священную войну против пруссов. Возможно, в этом был шанс заработать благожелательное отношение папы, и Фасте согласился.

Шанс, впрочем, не оправдался, война закончилась вскоре после высадки шведского войска на противоположном берегу Балтики, и в борьбе с язычниками воины Фасте себя не проявили. Надеясь успокоить вассалов и добиться расположения папы, конунг даровал своему брату Арнбьёрну Викен и титул ярла Вестерготланда, а также потребовал от вассалов введения папской инвеституры, то есть передать в исключительное ведение церкви право назначать епископов. Новый закон был принят, но и это не смилостивило папу, и Фасте не оставалось иного выбора, кроме как обещать присоединиться к крестовому походу. Отлучение было наконец снято.

Правда, в действительности, как и его отец, Фасте вовсе не желал биться за гроб Господень, тем более, что за несколько прошедших лет христианские рыцари не добились ни малейших успехов в этой борьбе. Для своей медлительности конунг воспользовался привычным оправданием – походом на северян, на этот раз в Лапландию. Война продлилась больше года, но в основном заключалась в длительных походах по северным горам и лесам, а после присоединения Лапландии вернувшимся войскам пришлось заниматься ещё и подавлением крестянских бунтов в землях, остававшихся ещё языческими. А крестовый поход на Иерусалим, формально продлившись ещё несколько лет, в конце концов бесславно закончился в 1100 году.

Война за ЛапландиюНажмите здесь!

  [Cкрыть]

В эти годы правители сопредельных со Швецией держав, а именно Норвегии и Дании, активно занимались расширением собственных владений – датчане присоединили часть южной и центральной Финляндии, норвежцы заняли Кольский полуостров и пытали двигаться южнее, в карельские земли. Король Фасте не имел никакого желания отставать от соседей, поэтому в 1101 году им была захвачена земля Кеми на севере Финляндии, а затем армия была отправлена через Балтику, проповедовать мечом христианскую веру. Папа Аницет даже специальной буллой отметил достижения Фасте на этом поприще.

Сражения в ЛивонииНажмите здесь!

 

[Cкрыть]

Война за морем отличалась невиданной жестокостью, таких кровопролитных боев не приходилось вести ни отцу, ни деду Фасте. Но конунг не позволял ни себе, ни кому бы то ни было из приближённых сомневаться в грядущей победе, и она была достигнута – богатые земли Курземе перешли под шведскую корону. В честь блестящей победы Фасте устроил великий рыцарский турнир. Но надо сказать, что походы на этом не закончились, и спустя несколько лет под руку шведского короля перешли новые земли в Курляндии и Ливонии.

Правда, приобретения на востоке были несколько омрачены потерей Вармланда на западе, но сделать ничего не удалось – земли были по праву унаследованы норвежским королем.

Но не только это стало причиной прекращения заморских походов. Необходимо было обустраивать и крестить новые земли, да и будущее самой короны было не вполне ясно – всё громче о претензиях на титул конунга заявлял ярл Норрланда Стенкиль, двоюродный дядя Фасте и племянник первого короля Стенкиля. И не всегда было понятно, желает он унаследовать трон или намерен биться за него уже теперь. При этом Стенкиль владел весьма обширными, хотя и довольно бедными землями, и в случае войны победа над ним далась бы непросто. Рассчитывая умерить амбиции родственника, конунг возвёл его на пост королевского канцлера, сделав фактически вторым человеком в государстве.

Борьба ярла Стенкиля за властьНажмите здесь!

 

[Cкрыть]

Осенью 1112 года Фасте слёг от тяжелой болезни, продлившейся около полугода, да и затем не раз беспокоившей короля. Едва оправившись, он провозгласил свою болезнь божьей карой за прекращение борьбы за обращение язычников в истинную веру, и в тот же день объявил о новом походе на восточные берега Балтийского моря. Продлившаяся несколько лет война завершилась к Рождеству 1116 года триумфальным присоединением земель Эстляндии и Ингрии. Как и в прошлых походах, конунг Фасте бессменно возглавлял свои войска.

В 1118 году в королевство пришла эпидемия кори, охватившая большую часть страны. Не избежал заболевания и сам король. Правда, одной из первых жертв эпидемии пал ярл Стенкиль, так и не достигший желанного трона, но его наследник Инге тоже был совсем не против надеть корону, тем более что владел уже не только северными землями, но и южным графством Смоланд. Король, впрочем, похоже, не беспокоился насчёт возможной междоусобицы, даже когда ярл Инге собрал постоянную дружину; Фасте тем временем, оправившись от болезни, всё больше времени проводил в собственном саду рядом с дворцом, словно забыв и о походах, и обо всём остальном. Однако, справедливости ради нужно сказать, что советники и приближённые продолжали заниматься делами королевства.

Больше десяти лет Швеция жила в мире, если не считать случавшихся время от времени крестьянских бунтов. Не сказать, чтоб эти бунты прошли совсем бесследно – принц Густав, которого и король, и ярлы уже признавали неоспоримым наследником трона, во время одной из стычек потерял руку. Король активно занимался устройством браков своих детей, породнившись в эти годы с кайзером Священной Римской империи Оттоном и королём Англии Адемаром.

В 1130 году папа Захарий II объявил о новом походе на Иерусалим. Король Фасте и в этот раз не спешил откликаться на зов, в отличие от некоторых своих вассалов, решивших-таки отправиться на войну, устав, по-видимому, от мирной жизни. Единственным же военным решением самого конунга стал сбор личной постоянной дружины из четырёх сотен хускарлов и ста лучников для поддержки.

Как ни удивительно, второй крестовый поход оказался куда успешнее первого, и в июле 1133 года император СРИ Генрих V был провозглашён Иерусалимским королём.

Осенью 1137 года после долгой болезни, в последние месяцы приковавшей её к постели, умерла королева Малина; Фасте, проживший в браке с ней 43 года и искренне любивший жену, после её смерти впал в подлинную депрессию, так что многие придворные, втайне, конечно же, уже считали дни до того момента, когда король последует за супругой. Некоторым утешением для короля стала свадьба его младшей дочери Астрид, вышедшей за юного короля Франции Пьера. Но, едва завершились празднования, король слёг от всё усиливавшейся болезни и с тех пор поднимался с постели всё реже, чаще всего для того, чтоб устроить смотр и пиршество для своей дружины; эти воины, постоянно находившиеся при дворце, стали, похоже, главной ценностью для короля в эти последние годы, Фасте так и не решился отправить их ни в какой поход, даже для подавления мелких восстаний в Прибалтике, а сам возглавлять военные предприятия уже не мог. Последние годы вся Швеция, похоже, затаилась в ожидании неминуемой смены правителя, и в октябре 1141 года она наконец состоялась, впервые для рода Стенкилей в мирное время.

Король Фасте в момент смертиНажмите здесь!

  [Cкрыть]

Швеция в конце правления Фасте IНажмите здесь!

  [Cкрыть]

Покойного короля поминали с искренней любовью и почитанием, вспоминая его победоносные походы, щедрые пиршества и праздники; а многочисленные здания, превратившие Хотуну в настоящее украшение страны, остались навеки памятником почти полувековому правлению Фасте I, прозванного Железнобоким.

[ViKoNTeV 59]

Что планируете дальше Дания или Норвегия?

[Nog 41]

Что планируете дальше Дания или Норвегия?

Пока не определился, и та, и другая выглядят мощно. Дания, правда, мощнее.

[ViKoNTeV 59]

А Норвегия часом в Британии не закрепилась?

[Nog 41]

Не особенно, только часть Шотландии заняли пока. А вот датчане на восток рванулись, сейчас у них почти вся Финляндия и солидный кусок северной и северо-западной Руси.

[Nog 41]

Часть 4. Царствование Густава I. 1141-1150 гг.

В отличие от отца и деда, принимавших корону в юности, Густав взошёл на престол в весьма солидном возрасте – новому королю уже исполнилось 44 года. Юношеская горячность и амбиции уже ушли в прошлое, кроме того, уже много лет Густаву приходилось обходиться одной рукой – другую он потерял в одном из сражений. Видимо, поэтому он практически не изменил тот уклад, что царил при дворе в Хотуне при его отце, да и новых походов он совсем не стремился начинать.

Новый корольНажмите здесь!

  [Cкрыть]

В любом случае, куда больше внимания требовали внутренние дела – Инге, ярл Смоланда и Норрланда, представлял собой очевидную угрозу шведскому престолу. Пока – возможно временно – он не претендовал на саму корону, но часть королевских земель был очень даже не против заполучить под свою власть. Утверждаясь на троне, Густаву пришлось всеми способами задабривать могущественного ярла – тот получил немало подарков, титул сенешаля; больше того, младший сын короля Бертиль был отдан Инге на воспитание.

Правда, угроза царствованию Густава подступила с неожиданной стороны – о своих претензиях на трон заявил брат конунга, граф Нарвы Рюрик, и было похоже, что именно за его спиной стоял ярл Инге. Угроза, впрочем, казалась довольно отдалённой.

Густав, тем не менее, принимал создавшееся положение всерьёз и не желал ни себе, ни своим потомкам в будущем подобных проблем; с этой целью он издал ряд законов, направленных на укрепление власти короля и ослабление высших лордов. Конунг ожидал чего угодно, но не быстрого и мирного признания нового закона ярлами и графами, но произошло именно оно. Возможно, свою роль сыграл тот самый принц Бертиль – он, как и многие его предки, уже в юные годы проявлял самые разнообразные таланты, и всё больше лордов склонялось к мысли о том, что именно он должен стать новым королём. В конце концов к этому мнению пришёл и сам Густав, во всеуслышание объявив о своей поддержке Бертиля как наследника. В 1145 году Бертиль сделал ещё шаг к вершине власти, пусть пока и не в Швеции – он стал мужем юной польской королевы Звениславы, так что в будущем можно было уже помечтать об объединении корон в роду Стенкилей.

Но человек предполагает, а бог располагает. Небеса, увы, распорядились иначе, по крайней мере, на время. До сих пор никто не знает, что или кто повлияло на то решение короля. Все последние годы он жил в мире и покое, занимаясь обустройством своих владений – стоило ли ждать чего-то иного от пожилого однорукого калеки, пусть и славного воина… когда-то. Но крестьянское восстание в Земгале осенью 1149 года чем-то особенно возмутило старого короля, когда-то потерявшего руку во время такого же бунта, и он лично повёл войска против мятежников, несмотря на все уговоры родных и придворных.

У своих подданных Густав получил прозвание Мудрого, но, наверное, правильнее было бы называть его Несчастливым или Неудачливым. В кровопролитном сражении при Бауске конунг на этот раз потерял не руку, а собственную жизнь. Битва была выиграна, восстание подавлено, но траурные вести были громче. А уже после смерти Густав потерпел ещё одну неудачу – не оправдалась его надежда передать корону Швеции Бертилю. Ярлы, видимо, не желая отдавать слишком большую власть человеку, уже владевшему польским троном, выбрали новым королём Швеции не сына, а брата Густава – Рюрика, графа Нарвы. Было похоже, что идея объединения корон потерпела крах…

Последняя битва конунга ГуставаНажмите здесь!

 

[Cкрыть]

[Nog 41]

Часть 5. Царствование Рюрика I. 1150-1160 гг.

Взошедший неожиданно для многих, а может, и для самого себя, на вершину власти Рюрик чувствовал себя на троне не слишком уверенно. Он сам был совсем не против того, чтоб корона перешла к его племяннику – главное место в жизни Рюрика занимала богословская наука, и в отдалённой Нарве он мог бы куда больше времени уделять ей. Однако бунтовать против выбора ярлов было бессмысленно, да и попросту странно. Тем не менее, в Хотуне Рюрик постоянно чувствовал себя в напряжении, отвыкнув за долгие годы от переменившейся столицы, и боясь незнакомых комнат, зданий и людей.

Бояться, на самом деле, было чего. Король Густав этого заметить не успел, а Рюрик был слишком погружён в свои изыскания, чтоб разобраться в хитросплетениях интриг его ярлов. Точнее, одного ярла – всё того же противника Фасте и Густава, ярла Инге. Сам Инге, впрочем, умер вскоре после воцарения Рюрика, но это, похоже, тоже стало шагом в осуществлении его долгих планов. И теперь, после недавней кончины ярла Вестерготланда, оказалось, что четыре из пяти титулов ярлов принадлежат одному и тому же человеку – Стирбьёрну, сыну Инге.

Такая мощь не могла не быть угрозой – пусть Стирбьёрн, будучи всего лишь правнуком конунга Инге I, и не мог напрямую заявить о претензиях на трон, но, контролируя большую часть страны, имел возможность попросту захватить власть. И единственное, что удерживало его… была решётка королевской тюрьмы. Стирбьёрн уже полтора десятка лет сидел в подземелье королевского замка, арестованный за заговор против тогда ещё наследного принца Густава. Но стоило ему сбежать… или умереть, передав все титулы наследнику, и трон под Рюриком в тот же миг принялся бы шататься.

Рюрик не мог решить, что делать, и занимался тем, что тянул время, задабривая и подолгу общаясь со своим узником, стараясь улучшить отношения с ним… и в то же время увеличивая собственные силы – королевская дружина выросла до тысячи воинов, и тренировки ополчений проводились по всем королевским землям.

Но в какой-то момент король изменил свои намерения. В 1154 году он почти прекратил всякое общение с узником, а вскоре тот узнал, что часть земель, а именно Остерготланд и Смоланд вместе с титулом ярла, конунг принял под свою руку. Возмущение Стирбьёрна было таково, что в течение нескольких дней слуги боялись даже приносить еду в его темницу… Но сделать он ничего не сумел, а недовольство остальных графов и ярлов Рюрику удалось преодолеть, тем более что вскоре он, воспользовавшись вспыхнувшей гражданской войной в соседней Норвегии, объявил поход за возвращение земли Вармланд. Планы, выстроенные конунгом, не вполне оправдались – междоусобица в Норвегии закончилась довольно быстро, кроме того, в Гастрикланде вспыхнул крестьянский бунт, и часть армии пришлось возвращать обратно. Однако сражение возле осаждённого шведами города Осло, пожалуй, искупило все первые неурядицы. При этом сначала победа склонялась на сторону врага, но отряды ярла Бергслагена Сомунда, подошедшие к полю битвы позднее и с ходу ударившие во фланг норвежцам, принесли армии Рюрика сокрушительный успех. Большая часть армии короля Оле II была уничтожена или рассеяна, а сам король попал в плен, так же как и один из его ярлов, Остмод, хозяин Ямтландских земель. Вскоре деморализованный поражением Оле согласился на мир и передал Вармланд под власть ярла Сомунда.

Победоносное сражениеНажмите здесь!

 

[Cкрыть]

Видимо, успех в войне слегка вскружил Рюрику голову – он всё большее внимание уделял занятиям со своими воинами и строительству всё новых крепостей и арсеналов. Больше того, когда в Ярнбораланде вспыхнуло новое восстание, конунг вознамерился лично повести войска – собственную дружину и столичное ополчение – на его подавление. Отговорить его не удалось, ведь за крестьянским возмущением, по всей видимости, стояли еретики-катары, так что этот поход король счёл собственным долгом перед Богом и церковью. Увы, Рюрику, видимо, стоило бы вспомнить о судьбе собственного старшего брата, которому именно такие беспорядочные сражения стоили сначала увечья, а потом и жизни. Правда, в этот раз король не погиб, однако с поля битвы его вынесли на руках после тяжелейшего удара по голове и в бессознательном состоянии, из которого он так и не вышел. Власть в стране перешла к королеве-регентше Иоланде, супруге Рюрика.

Неудачное сражениеНажмите здесь!

  [Cкрыть]

Прожил и без того уже пожилой король после этой трагедии лишь несколько месяцев, скончавшись в октябре 1160 года. В эти последние месяцы его царствования борьба, переговоры и интриги вассалов вокруг наследования шведского трона обострились до предела, среди наследников назывались самые разные имена, от сыновей самого Рюрика до ярла отдалённой Ливонии Фредрика, однако итог был в одно и то же время ожидаемым и поразительным – заручившись поддержкой Иоланды, даже в ущерб её собственным детям, и предъявив королевскому совету завещание Рюрика, на трон Швеции взошёл его племянник Бертиль, тот самый сын короля Густава, которого тот и прочил в свои наследники. Желание Густава наконец сбылось.

Смерть РюрикаНажмите здесь!

 

[Cкрыть]

[Nog 41]

Часть 6. Царствование Бертиля I. 1160-1185 гг.

Первые годы царствования конунга Бертиля во многом продолжали события последних месяцев правления прежнего короля. Даже после коронации, ярлы и графы не оставили мечтаний о престоле, и как минимум трое правителей в открытую заявляли о своих правах. Впрочем, поодиночке они были довольно слабы, а объединиться друг с другом не желали из гордости. Энергичный и достаточно молодой король Бертиль вовсю погрузился в стравливание вассалов друг с другом и одновременно в налаживание собственных отношений с ними. Последнее, однако, не касалось многострадального ярла Стирбьёрна, лишившегося вскоре и титула ярла Норрланда.

Претенденты на тронНажмите здесь!

  [Cкрыть]

Титул был передан графине Гиле, правительнице земли Медельпад; правда, если Бертиль рассчитывал таким образом склонить Гилу поддержать его сына в качестве будущего наследника, то он ошибся – её симпатии, по крайней мере в первое время, склонились на сторону ливонского ярла Фредрика. Впрочем, беспокоиться об этом было ещё рано, королю шёл только 34-й год, и можно было ожидать ещё долгих лет его правления. А за десятилетия многое может измениться; мало кто знал об этом, но Бертиль был всерьёз настроен отменить систему законов, при которой королевский титул зависел от капризов ярлов, и сделать единственным и неоспоримым наследником своего сына.

Тем временем в 1164 году папа Пий II объявил о начале третьего крестового похода, целью которого стали владения арабов на Пиренейском полуострове. Большая часть этих земель была давно занята мусульманами, лишь на севере остались некоторые христианские графства, разделённые между Францией, Англией и Наваррой. Можно было надеяться, что соединённые силы европейских держав отбросят врага на юг, и многие рыцари присоединились к походу. Король Бертиль благословил своих вассалов, отправивших дружины в Испанию, сам же до поры до времени начинать поход не спешил.

Пока крестоносцы сшибались в яростных схватках с мусульманами на юго-западе Европы (и, надо сказать, большую часть этих схваток проигрывали), Бертиль спокойно занимался обустройством своих владений. В 1167 году он провёл большое и пышное празднование в своей столице в ознаменование того, что под властью шведской короны больше не осталось ни одного язычника. Правда, крещение последних язычников в Эстляндии сопровождалось крупными восстаниями, но все они были подавлены, а сам король, благоразумно помня о судьбах своих предшественников на трон, в этот раз от походов воздержался.

Иных забот у короля тоже хватало. Правда, пока они мало касались наследования трона, тем более, что повзрослевший принц Хакон казался ярлам весьма достойным претендентом, и многие из них были готовы отдать предпочтение ему. Но кое-кто из графов, решая более мелкие проблемы, переступал рубежи дозволенного. В 1169 году, когда принц Густав, граф Аландских островов и племянник Бертиля, организовал заговор с целью подчинить себе земли Уппланда, которые уже давно считались королевским уделом, конунг не выдержал и велел его арестовать. Арест не удался, и островитяне восстали, однако противопоставить железным отрядам Бертиля им было нечего, а больше из знати Густава никто не поддержал. Весной 1170 года всё было решено окончательно – отряды принца потерпели сокрушительное поражение, а сам он лишился и свободы, и владений. Аландские острова снова вошли в королевский домен.

В то же время папа Пий объявил об окончании крестового похода, увы, бесславном, а в Польше, где правила супруга Бертиля Звенислава, поднял восстание Великопольский герцог Ванко, требующий корону для принца Ярослава, дяди королевы Звениславы. Конечно, в этот раз конунг не мог не откликнуться на зов своей супруги, и, едва возвратившись в Хотуну, объявил о новом сборе войск для похода в Польшу.

Королева ЗвениславаНажмите здесь!

  [Cкрыть]

Польский походНажмите здесь!

  [Cкрыть]

Вступление шведов в гражданскую войну, по сути, спасло трон жены Бертиля – в одиночку справиться с самым крупным и богатым герцогством, чей владыка к тому же пользовался поддержкой многих других польских аристократов, Звенислава бы вряд ли смогла. Она, конечно, попыталась собрать верные ей войска и даже на какое-то время перешла в наступление, однако быстро была разбита и отброшена в Краков. Узнав об этом, Бертиль прекратил осады мелких замков в Померании и двинул всю армию на юг, застав отряды Ванко и Ярослава врасплох у города Яроцин, где они и потерпели сокрушительное поражение, а Ярослав к тому же попал в плен. Причём захватил его лично конунг Бертиль, бесстрашно возглавлявший атаки своих воинов. Как же было соблазнительно сразу прикончить претендента и тем замым завершить войну в одночасье… Однако делать этого не пришлось. После окончательного разгрома под Калишем и потери нескольких городов герцог Ванко сложил оружие.

Победа в ПольшеНажмите здесь!

 

[Cкрыть]

К несчастью, опасности войны подорвали здоровье королевы Звениславы, и буквально спустя несколько дней после победы она слегла от тяжелейшего стресса, а вскоре скончалась, оставив трон своему сыну Хакону, который в то же время был и наследником шведского трона. Мечта Густава Мудрого об объединении Швеции и Польши под одной рукой была близка как никогда, ведь теперь в одной стране правил отец, а в другой – сын.

В 1172 году наконец произошло то, чего опасались когда-то и Бертиль, и Рюрик – ярл Стирбьёрн скончался в королевской темнице… Однако опасения оказались преждевременными. Помимо того, что часть земель была ранее уже отобрана у него, но и оставшиеся оказались разделены между наследниками, ни у одного из которых теперь не хватило бы сил в одиночку противостоять королю. Хотя успокаиваться в любом случае было рано – если ярлов не объединит общий претендент на трон, их может заставить выступить вместе крепнущая королевская власть, уже сильно ограничившая права знати.

В эти месяцы Бертиль был энергичен, как никогда, раздавая подарки, даруя титулы и вообще всячески демонстрируя свою дружбу и доброе отношение к подданным. Вскоре стало ясно, что именно двигало конунгом. 5 мая 1172 года на королевском совете, можно сказать, прогремел гром. Король Бертиль объявил, что с этого дня шведская корона и все королевские владения будут передаваться единственному прямому наследнику. В конце своей речи королю пришлось в буквальном смысле перекрикивать возмущённых ярлов и графов, привыкших ощущать свою значимость в последние столетия, но, конечно, это ни на самую малость не поколебало решимость монарха. Закон был провозглашён и утверждён королевской властью.

Новый законНажмите здесь!

  [Cкрыть]

Конечно, вассалы были недовольны, но выступить против короля никто не решался до лета 1175 года, когда знамя восстания поднял Астрад, граф Гастрикланда. Однако единственное, чего он смог добиться, не получив никакой поддержки, – это больше года заставить королевскую армию гоняться за его всё уменьшающимся отрядом по всей южной Швеции; в итоге решающее поражение Астрад потерпел аж на острове Эланд, где правила одна из дочерей Бертиля. Вместе с войной граф проиграл и свои владения – Гастрикланд, расположенный к северу от столицы, последним из всех соседних земель был присоединён к королевскому домену.

После ещё нескольких мирных лет конунг обратил пристальное внимание на события в Дании, подчинившей себе в своё время немалые земли на востоке от Балтийского моря. Но в эти годы тамошние графы и герцоги один за другим восставали против королевской власти. Упустив возможность расширить свои владения в Финляндии – её правитель был разбит слишком быстро, Бертиль в 1178 году всё же объявил войну бунтующему герцогу Латгалии, потребовав часть его земель от имени своего вассала, ливонского ярла Сомунда, женившегося недавно на дочери короля, Сигрид. Несмотря на то, что в поход выступили только ополчения из Эстляндии, Ливонии и Курляндии, противнику противопоставить им оказалось нечего, и спустя год с небольшим границы Швеции расширились.

Поход в ЛатгалиюНажмите здесь!

 

[Cкрыть]

1181 год снова заставил шведскую армию отправляться в Польшу – на сей раз уже сын Бертиля, король Хакон, был вынужден защищать свой трон от восставших претендентов. Ядром заговора стали князья Великой Польши и Мазовии – их многочисленные отряды наверняка сломили бы сопротивление верных королю войск, если бы не вмешательство его отца. Нанеся восставшим феодалам несколько поражений, Бертиль сумел сохранить польский трон для своего сына.

Второй польский походНажмите здесь!

 

[Cкрыть]

Военные таланты БертиляНажмите здесь!

 

[Cкрыть]

Конунг Бертиль, несмотря на внешнее спокойствие в речах и поступках, за которое даже был прозван Молчаливым, оказался одним из самых воинственных правителей Шведского королевства; больше того, он был прославлен как один из лучших полководцев своего времени. Неудивительно, что практически все последние годы его жизни прошли в походах, словно король пытался наверстать что-то, что не успел раньше. Едва одолев восставших вассалов сына, Бертиль начал войну с датским королём, рассчитывая воспользоваться очередной междоусобицей у соседей и расширить свои владения в Финляндии. Война быстро приобрела очень масштабный характер – на стороне Швеции выступила Польша, на стороне Дании – Франция и некоторые независимые, но управляемые родственниками датского короля герцогства. Правда, юный французский монарх Ожье ограничился простым объявлением войны, реальных сражений ему хватало с собственными вассалами и с арабами в Испании, восточные герцогства были слабы, а большая часть датской армии истреблена в гражданских войнах, так что вскоре победа шведов стала казаться неминуемой. Но события 1185 года нанесли польско-шведскому союзу тяжёлый удар.

Война с Данией. Первый этапНажмите здесь!

 

[Cкрыть]

Сначала в очередной раз восстали прощённые королём Хаконом польские герцоги; на этот раз их удар оказался едва ли не смертоносен – пока королевская армия билась с датчанами в Прибалтике, великопольские и мазовецкие дружины разбили небольшие отряды верных Хакону людей и захватили несколько городов, в том числе и саму столицу, Краков. А в ноябре того же года постаревший и измождённый конунг Бертиль наконец не выдержал военного напряжения и скончался, ведя войска на юг, на помощь сыну.

Смерть Бертиля IНажмите здесь!

 

[Cкрыть]

Новым королём Швеции стал Хакон, тем самым всё же объединив две крупные и сильные страны под своей единой властью. Но власть эта сильно шаталась под одновременными ударами бунтующих поляков и воспрявших духом датчан. Новому монарху предстояло пройти очень серьёзное испытание…

[Posuret 75]

Великолепный AAP, я прямо чувствую атмосферу!

[Nog 41]

Спасибо

Единственная сейчас.. ну не скажу, что проблема, но неудобство - теперь, с новым королём, страна называется уже не Швеция, а Польша. И нумерация монархов может нарушиться, боюсь.

[kalistor 1,997]

Спасибо

Единственная сейчас.. ну не скажу, что проблема, но неудобство - теперь, с новым королём, страна называется уже не Швеция, а Польша. И нумерация монархов может нарушиться, боюсь.

Шведское графство- де-юре- королевство Швеция- сделать основным

ААР великолепен

[Nog 41]

kalistor, спасибо, получилось. Как-то и не подумал даже о такой возможности. Вернее, не обращал внимания.

Продолжение будет сегодня или завтра, король уже сменился

[Posuret 75]

kalistor, спасибо, получилось. Как-то и не подумал даже о такой возможности. Вернее, не обращал внимания.

Продолжение будет сегодня или завтра, король уже сменился

Кем планируете быть? Польшей, Швецией?(Наверняка Швецией )

[Nog 41]

Швецией-то Швецией, да. Вот только новый король по национальности уже поляк И столица пока в Кракове.