Внимание, погиб форумит.

[Эkiti Holocaust 732]

Пруф:

[1:25:16] Йцу: я умер

Все кто хочет помочь - переводите 4х значные суммы на мой акк.

[No Good 3,795]

Перевёл 9999.

Пруф:

[1:40:59] Юра: перевёл Гришану 10к

Благодарности в виде плюсов.

[Эkiti Holocaust 732]

Перевёл 9999.

Я жи говорил мне перевести, а не Хабарику. Вот ты Лесной Гамп.

[No Good 3,795]

Я жи говорил мне перевести, а не Хабарику. Вот ты Лесной Гамп.

Блин-блин-блин. У вас просто ники похожи, перепутал. Что теперь делать?

[qqmore 155]

Любой, пробывший больше недели на форуме знает, что РАД- ум, честь и совесть Стратегиума( правда сейчас раздел переживает сложные времена).

видать у раздела все плохо если тут 2 наркомана по среди ночи чепуху лепят

[OmarBradley 1,076]

Отправляй смс с текстом "Йцу живи" на номер указанный на экране. Ему срочно нужна дорогостоящая операция в Германии!

[Falconette 5,481]

Ему срочно нужна дорогостоящая операция в Германии!

В Таиланде

[Аркесс 4,166]

Цуй жив.

[斯頓波 1,595]

Я под эту музыку кончал постройки в Age of Empires.

[Falcssonn 4,037]

я умер

Нам причину смерти его поведуй.

[Эkiti Holocaust 732]

видать у раздела все плохо если тут 2 наркомана по среди ночи чепуху лепят

твой товарищ задерживается?

И кстати у тебя подпись отклеилась.

[Kervan 5,834]

Цуй жив.

Цуй жид.

[[light] 2,331]

Наконец это началось..

[Falcssonn 4,037]

Цуй жид.

Цуй всегда жид в наших сердцах.

Вечно жид.

[Dramon 4,917]

Что то вы совсем начали опускаться господа...

[qqmore 155]

твой товарищ задерживается?

И кстати у тебя подпись отклеилась.

я никого не жду.

моя подпись не твоя проблема.

[Эkiti Holocaust 732]

Что то вы совсем начали опускаться господа...

выдавливай моралфага по капле

Иначе подскажешь человеку:

я никого не жду.

моя подпись не твоя проблема.

А он огрызнется. ЧИТД - моралфагом быть плохо.

[Falcssonn 4,037]

моя подпись не твоя проблема.

УЖАС КОКОЙ ГРОЗНЫЙ.

[Ричард 3,189]

Погиб поэт! — невольник чести, —

Пал, оклеветанный молвой,

С свинцом в груди и жаждой мести,

Поникнув гордой головой!..

Не вынесла душа поэта

Позора мелочных обид,

Восстал он против мнений света

Один, как прежде... и убит!

Убит!.. К чему теперь рыданья,

Пустых похвал ненужный хор

И жалкий лепет оправданья?

Судьбы свершился приговор!

Не вы ль сперва так злобно гнали

Его свободный, смелый дар

И для потехи раздували

Чуть затаившийся пожар?

Что ж? Веселитесь... он мучений

Последних вынести не мог:

Угас, как светоч, дивный гений,

Увял торжественный венок.

Его убийца хладнокровно

Навел удар... спасенья нет:

Пустое сердце бьется ровно,

В руке не дрогнул пистолет.

И что за диво?.. Издалёка,

Подобный сотням беглецов,

На ловлю счастья и чинов

Заброшен к нам по воле рока.

Смеясь, он дерзко презирал

Земли чужой язык и нравы;

Не мог щадить он нашей славы,

Не мог понять в сей миг кровавый,

На что он руку поднимал!..

‎И он убит — и взят могилой,

‎Как тот певец, неведомый, но милый,

‎Добыча ревности глухой,

‎Воспетый им с такою чудной силой,

Сраженный, как и он, безжалостной рукой.

Зачем от мирных нег и дружбы простодушной

Вступил он в этот свет завистливый и душный

Для сердца вольного и пламенных страстей?

Зачем он руку дал клеветникам ничтожным,

Зачем поверил он словам и ласкам ложным,

‎Он, с юных лет постигнувший людей?..

И, прежний сняв венок, — они венец терновый,

Увитый лаврами, надели на него,

‎Но иглы тайные сурово

‎Язвили славное чело.

Отравлены его последние мгновенья

Коварным шепотом насмешливых невежд,

‎И умер он — с напрасной жаждой мщенья,

С досадой тайною обманутых надежд.

‎Замолкли звуки чудных песен,

‎Не раздаваться им опять:

‎Приют певца угрюм и тесен,

‎И на устах его печать.

‎А вы, надменные потомки

Известной подлостью прославленных отцов,

Пятою рабскою поправшие обломки

Игрою счастия обиженных родов!

Вы, жадною толпой стоящие у трона,

Свободы, Гения и Славы палачи!

‎Таитесь вы под сению закона,

‎Пред вами суд и правда — всё молчи!..

Но есть и божий суд, наперсники разврата!

‎Есть грозный суд: он ждет;

‎Он недоступен звону злата,

И мысли и дела он знает наперед.

Тогда напрасно вы прибегнете к злословью —

Оно вам не поможет вновь,

И вы не смоете всей вашей черной кровью

‎Поэта праведную кровь!

29 января — начало февраля 1837

Михаил Юрьевич Лермонтов

[kalistor 1,997]

Погиб поэт! — невольник чести, —

Пал, оклеветанный молвой,

С свинцом в груди и жаждой мести,

Поникнув гордой головой!..

Не вынесла душа поэта

Позора мелочных обид,

Восстал он против мнений света

Один, как прежде... и убит!

Убит!.. К чему теперь рыданья,

Пустых похвал ненужный хор

И жалкий лепет оправданья?

Судьбы свершился приговор!

Не вы ль сперва так злобно гнали

Его свободный, смелый дар

И для потехи раздували

Чуть затаившийся пожар?

Что ж? Веселитесь... он мучений

Последних вынести не мог:

Угас, как светоч, дивный гений,

Увял торжественный венок.

Его убийца хладнокровно

Навел удар... спасенья нет:

Пустое сердце бьется ровно,

В руке не дрогнул пистолет.

И что за диво?.. Издалёка,

Подобный сотням беглецов,

На ловлю счастья и чинов

Заброшен к нам по воле рока.

Смеясь, он дерзко презирал

Земли чужой язык и нравы;

Не мог щадить он нашей славы,

Не мог понять в сей миг кровавый,

На что он руку поднимал!..

‎И он убит — и взят могилой,

‎Как тот певец, неведомый, но милый,

‎Добыча ревности глухой,

‎Воспетый им с такою чудной силой,

Сраженный, как и он, безжалостной рукой.

Зачем от мирных нег и дружбы простодушной

Вступил он в этот свет завистливый и душный

Для сердца вольного и пламенных страстей?

Зачем он руку дал клеветникам ничтожным,

Зачем поверил он словам и ласкам ложным,

‎Он, с юных лет постигнувший людей?..

И, прежний сняв венок, — они венец терновый,

Увитый лаврами, надели на него,

‎Но иглы тайные сурово

‎Язвили славное чело.

Отравлены его последние мгновенья

Коварным шепотом насмешливых невежд,

‎И умер он — с напрасной жаждой мщенья,

С досадой тайною обманутых надежд.

‎Замолкли звуки чудных песен,

‎Не раздаваться им опять:

‎Приют певца угрюм и тесен,

‎И на устах его печать.

‎А вы, надменные потомки

Известной подлостью прославленных отцов,

Пятою рабскою поправшие обломки

Игрою счастия обиженных родов!

Вы, жадною толпой стоящие у трона,

Свободы, Гения и Славы палачи!

‎Таитесь вы под сению закона,

‎Пред вами суд и правда — всё молчи!..

Но есть и божий суд, наперсники разврата!

‎Есть грозный суд: он ждет;

‎Он недоступен звону злата,

И мысли и дела он знает наперед.

Тогда напрасно вы прибегнете к злословью —

Оно вам не поможет вновь,

И вы не смоете всей вашей черной кровью

‎Поэта праведную кровь!

29 января — начало февраля 1837

Михаил Юрьевич Лермонтов

Плэат, я этот стих 2 года назад рассказывал, 7 поставили