Охота, Рыбалка и другой подобный отдых

[Makstag 624]

Есть мистические истории, сюда рассказывайте истории произошедшие на охоте, рыбалке, просто в лесу на пикнике. Не важно, произошло это с вами или слышали. Просто байки, смешные и страшные истории.

Мой дядя заядлый охотник, в глухом лесу была у них избушка. Своя делянка.

Приехал я туда, и у меня живот скрутило.

А туалет был рядом на полянке. Причем изба была красивая, все резное, ручки у двери, вставни, коньки. Баня тоже. Забор частоколом, все под старину. Смотрелась в лесу очень красиво, прям дом лесовика какого то. А туалет отдельно из нержавеющих, гофрированных листов, 4 на 4 метра и 2,5 в высоту. Просто ни как не вписывался, торчал по среди поляны.

В общем пошел я в этот туалет, захожу, а сам толчок по середине. Сидишь, как посреди ангара.

А прикол в том, что у них для новичков были разные забавы.( много таких шуточек) Когда кто то заходил в этот туалет, они брали огромную дубину и били по нему. Акустика там была "жесть." У меня все сразу вышло. Даже понос прошёл.

А вот история. Приехали к ним как то, поохотится товарищи из Ёбурга. Естественно, вечером баня и стол, со всеми вытекающими. Утром поправили здоровье, и в мутном состоянии пошли охотиться.

Арсенал у них был соответственный, гранатомётов что не было. Сколько их на номера не ставили, они разбредались. Короче стоят они опять добавляют, на краю поляны. И с другой стороны , из-за рощицы по среди поляны, появляться лось.

Они разом в боевом порыве из всех калибров, открывают огонь. У лося шансов нет.

Подбегают они к добыче и видят, это лошадь запряженная в телегу. А с поляны вдалеке убегает мужик. Они за ним, мол постой мы не хотели, но так и не смогли догнать. Потом решили съездить в деревню, предположительно откуда он мог быть, хотели ущерб возместить, ну и извиниться. Но все отрицали, что это их лошадь. Так дело и кончилось.

Позже дядя узнал. Это был местный лесничий, ехал он себе на телеги. Как вдруг по нему открывают шквальную стрельбу. Лошадь в решето. Он думает за ним приехали, мстить, лесничий всё таки, мало ли кто мог злобу затаить. Побежал он из-за всех сил. А они не отстают, бегут, вверх стреляют, стой кричат. На силу убежал. Спрятался дома. А они вечером в деревню приехали, на трех крутых джипах, с блатными номерами. Бухие, ездят в дома стучаться, требуют показать того, чью лошадь завалили. Жена его спрятала, соседи не сдали.

[Загадочник 1,133]

i

Временно создам такую тему, про просьбе Makstag. Мало ли, вдруг интерес проснётся.

[Makstag 624]

Весёлый медведьНажмите здесь!

 Жил старичок в одной сибирской деревушке. Глухая деревушка, до ближайшего городка семь дней пути, всё лесом-тайгою. Называлась деревенька Ивановкой, а деда звали Иваном.

Понадобилось деду Ивану сменить один венец своей избы, попросил он разрешения у председателя колхоза, взял топор и пошёл в тайгу. Далеко ходить не надо было: кругом деревья одно другого краше. Выбрал он подходящую лиственницу и давай топориком помахивать. Дело привычное, хоть и толста была та лиственница, однако и она скоро крякнула и повалилась на снег.

Отдохнул дед, выкурил трубочку и решил сучья рубить. Как и положено для такого дела, сбросил он рукавички, поплевал на ладоши и только хотел за топор взяться, как кто-то его сзади, вроде как по-приятельски, по плечу хлопнул. Обернулся дед — и чуть замертво не повалился: стоит перед ним медведь на задних лапах, ростом с доброго мужика. Стоит на задних, а передние в сторону развёл, вроде и на самом деле старого приятеля встретил, обнять хочет. У деда ноги одеревенели, волосы под шапчонкой петушком поднялись, бородёнка затряслась, как сорочий хвост. «Пропал»,— думает.

Простояли они так неизвестно сколько, друг на друга глядя, потом мишка, видя, что дед и не собирается броситься к нему в объятия, сам шагнул к старичку. Тут Ивана точно пружинами подбросило — как заяц, перемахнул он на другую сторону поваленной лиственницы. Это мишке понравилось, и он даже зарычал тихонько. Сначала дед хотел было пуститься со всех ног восвояси, но понял, что далеко по снегу не убежишь. Тогда он вспомнил про топор, обернулся, чтобы взять его, а мишка как раз против топора стоит, по ту сторону ствола. Стоит, на старичка смотрит, а на морде прямо написано: «Ты, дед, не бойся. Я только поиграть с тобой хочу. Давай поборемся».

Иван был человеком таёжным, не впервой медведя видел и сразу определил, что медведь перед ним молодой.

Однако бороться с ним у деда не было никакого желания.

И всё же волей-неволей пришлось поиграть с весёлым зверем. Чуть только тронулся дед вправо — и медведь за ним вправо, прыгнул влево — и мишка влево. Вот и начали они приплясывать: один по одну сторону ствола, другой — по другую.

Мишка был страшно доволен. Он то приседал за стволом, то выбрасывал вперёд лапы и старался поймать деда за бороду. Потом, наигравшись в прятки, полез к деду через ствол. Иван не стал дожидаться и сам перемахнул через дерево. Видит мишка — перехитрил его старик, полез обратно, а сам доволен, ворчит. Залез на ствол и стоит ждёт, в какую сторону дед бросится. А Иван начал вокруг дерева бегать. «Может,— думает,— приотстанет косолапый, и успею топор схватить». Медведь спрыгнул со ствола — и за ним. Конечно, опустись он на все четыре лапы, так мигом бы деда достал, но он вёл игру честно: дед на двоих, и он на двоих...

Иван говорил, что он вокруг того дерева раз сорок обежал, взмок весь, да и от медведя пар повалил, но он и не думал дать старику передышку. Взмолился тут дед, стал зверя стыдить:

— Отстань ты, окаянный!.. Ишь что удумал! Мне, однако, на седьмой десяток перевалило, а тебе, лешему, поди, и трёх-то нет... Иди в свою берлогу, непутёвый! Какой лешак тебя поднял среди зимы?

Услыхав человеческий голос, медведь вроде как и приотстал, а потом заревел ещё веселее, и пришлось старику прибавить шагу. От этого и слетела у него с головы шапчонка прямо медведю в лапы. Для мишки это было такой неожиданностью, что он сразу остановился и принялся обнюхивать дедов головной убор. Может быть, мишке показалось, что у его приятеля голова отвалилась. При этом он опустился на четвереньки.

Тут бы старику и удирать, но он так запарился, что как пустился вокруг дерева, так и продолжал бежать, ничего не видя. Бежал, пока на медведя сзади не наткнулся и не повалился ему прямо на спину.

Мишка рявкнул с перепугу, затряс спиной, заплясал на месте. Дед запустил ему пальцы в шерсть и ногами окорячил, как мерина. Взревел медведь от страха, рванул с места и понёс деда по тайге...

Тут и не скажешь, кто больше перепугался — дед ли, медведь ли. Летит Топтыгин так, что снег тучей поднимается, а Иван что есть силы ногами его сжимает да старается покрепче за шерсть уцепиться. Проскакал мишка по редколесью и дует прямо в чащобу. Тут сообразил старик, что если не свернёт косолапый, то оба разобьются о деревья. И как-то так вышло, что потянул дед сильнее правой рукой за шерсть, и стал мишка вправо забирать. Потянул дед ещё сильнее, и повернул медведь в обратную сторону.

Хоть и колотилось у деда сердце от страха, однако он понял, что и медведем управлять можно. Как проскакали они мимо поваленной лиственницы, стал Иван заворачивать мишку на дорогу в деревню. По дороге зверь ещё шибче пошёл. В лес дед Иван, может, целый час шёл, а из леса в пять минут к самой околице прискакал. И так он осмелел, что решил всем колхозникам на удивление примчать на медведе в Ивановку. Но не вышло по его. Подкосились у мохнатого коняги ноги, ткнулся он мордой в снег, да и дед не удержался: перемахнул через медвежью голову — в сугроб. А как вынырнул, сразу на медведя посмотрел: не собирается ли теперь Топтыгин на нём в тайгу скакать.

Но мишке не до того. Лежал он на снегу, и бока у него раздувались, как кузнечные мехи, а из пасти пар клубами валил. Встал дед на ноги да как крикнет: — Что, доигрался, косолапый? Мишку как будто вилами поддели—хрюкнул он и на ноги вскочил. Дед повернул — да в деревню. А мишка — в тайгу. Бегут, у обоих пятки сверкают.

У крайней избы дед обернулся, увидел, что мишка уже у самого леса, и закричал:

— Тю-лю-лю-лю! Держи разбойника, держи! Смотри больше не попадайся, сниму шубу!

Однако за топором и шапчонкой с варежками дед так и не пошёл.

[Cкрыть]

[Makstag 624]

Постреляй.

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы увидеть скрытое содержимое.

[Red rain 1,317]

Убивать невинных животных ради удовольствия? Ни за что.

[Makstag 624]

Убивать невинных животных ради удовольствия? Ни за что.

Можешь рассказать историю про пикник.

Тема для веселых историй на природе, никого убивать не надо.

[Red rain 1,317]

Можешь рассказать историю про пикник.

Тема для веселых историй на природе, никого убивать не надо.

В 5 классе (вроде, точно не помню) с классом пошли за станицу на пикник. Я в одиночку решил полезть на крутой склон и когда вернулся рядом с нами проходил пастух, так он на меня наорал за то что я курил под его домом(я не курю и не знаю где он живет). И тем самым испортил мне отдых! Детская травма на всю жизнь. Не люблю пикники, мне все кажется, что придет еще какой-нибудь пастух и опять на меня наорет.

[Makstag 624]

В 5 классе (вроде, точно не помню) с классом пошли за станицу на пикник. Я в одиночку решил полезть на крутой склон и когда вернулся рядом с нами проходил пастух, так он на меня наорал за то что я курил под его домом(я не курю и не знаю где он живет). И тем самым испортил мне отдых! Детская травма на всю жизнь. Не люблю пикники, мне все кажется, что придет еще какой-нибудь пастух и опять на меня наорет.

Трудно тебе, сходи к психотерапевту, он тебе клоназепам выпишет.

[Makstag 624]

Манок.

Как-то вечером, после работы, я заглянул в свой любимый магазин «Охота» посмотреть, нет ли в продаже чего-нибудь новенького. Продавец тётя Вера знала меня ещё любопытным мальчишкой-шестиклассником, который бегал сюда через день посмотреть на настоящих охотников и послушать их рассказы. Повезло – она обрадовано позвала меня к своему прилавку и сказала, что, когда разойдутся покупатели, она мне что-то покажет. В нетерпении я ждал около получаса. Наконец народу стало поменьше, и тетя Вера с заговорщицким видом достала из-под прилавка маленькую коробочку и новый глянцевый журнал «Охота и охотничье хозяйство».

– Вот – читай, – сказала она, открыв закладку. Читаю и обалдеваю. Оказывается, в Чехии охотники изобрели манок, имитирующий крик раненого зайца. Если в манок дунуть, то через 10 – 15 минут со всех сторон сбегутся лисы, и за вечер их можно настрелять 14 – 15 штук. Неужели у тети Веры в руках именно эта штукенция?

– Держи, – говорит тетя Вера и протягивает мне манок. – Звонила тебе в больницу, но ты уже ушел.

Оказывается, манков в магазин пришло три штуки. Два отошли отцам города, а вот один оставили мне. Вынимаю из коробочки заветный манок и, вопросительно глядя на тетю Веру, приставляю его к губам. «Пробуй», – разрешает она. – «Но не очень громко, потому что звук уж очень страшный».

Как кричит раненный заяц, охотникам объяснять не надо, а не охотникам объясню. Чувствуя близкую смерть, косой кричит так, что у меня мурашки по коже бегут. Крик напоминает истошный вопль младенца, жуткий и одновременно неприятный, пробирающий до костей. Не понимаю, как из такого милого зверька извлекается такой жуткий звук.

Ну так вот. Дунул в этот манок. Пронзительный визг испугал меня самого, но реакция посетителей была еще ужасней. Двое упали на пол, а у остальных волосы встали дыбом. - Отлично! Беру, – говорю я тёте Вере и тороплюсь уйти из магазина: как-то неудобно получилось с испуганными посетителями.

Прибежав домой, немедленно звоню председателю отдаленного степного колхоза, то ли дочь которого, то ли жену я когда-то спас не то от смерти, не то от беременности, и кричу: «Завтра выезжаю, готовь машину! Охота будет с новым западным суперприбором». Завтра наступает с большим трудом, после беспокойной ночи, проведенной с женой в разработке модели лисьей шубы до пола, заряжанием дополнительных патронов, перебиранием охотничьих шмоток. Манок попробовал дома с друзьями-охотниками – все в панике и в ужасе. Хорошая вещь!

Бесконечная дорога, встреча, проба деревенской вкуснятины: борщ, вареники, сметана. Неизбежные расспросы: как работа? как родители? Отвечаю автоматически, с нетерпением жду вечера. Хозяин, Николай Иванович, не охотник. Поэтому предложил от чистого сердца сегодня поспать, а утром погулять с ружьецом вокруг деревни. Не обижаюсь.

Но вот водитель с местным охотником уже стоят у ворот, не глуша «Урал», на котором меня надо везти. Снега выпало много, «УАЗ» не проедет. Местный охотник Санька, я с ним уже знаком, с восторгом смотрит на манок и говорит, что с таким можно на две шубы настрелять.

До места далековато, километров восемь в поле. Там стога со всей степи свезли – зимой мышей и лис полно. На улице минус тридцать, январь. Одевают меня трое. Штаны из верблюжьей шерсти водолазные, сверху ватные, сверху белые маскировочные. Тулупа тоже два. Один так, а другой председательский задом наперед, для тепла. Валенки, шапка с завязанными ушами – короче, чучело огородное, но по-другому нельзя. Холодно, сидеть часа три. В кабине я не поместился, запихали в кузов. Ехали долго, куда-то в ночь, буксовали два раза. Когда остановились, и я выпал из кузова, иначе мой выход не назовешь, было около десяти часов вечера.

Восхождение на стог заняло около двадцати минут. Сам я в такой одежде даже ходить не мог, а забраться на стог сена четырехметровой высоты и подавно. Повезло, что у стога нашлись вилы и грабли. Их обратную сторону упёрли мне в заднее место, меня удалось задвинуть наверх. Я раскопал себе в сене нору и очень уютно оборудовал место для стрельбы. Затем, махнув ребятам, сказал, чтобы раньше, чем часа через четыре, за мной не приезжали. «Урал» мощно фыркнул мотором, развернулся и уехал в темноту, оставив меня одного в жуткой январской ночи, в казахстанской степи.

Страшновато одному-то. Минут десять сидел тихо, потом думаю: «Ну что ж, пора». Достаю манок, укладываю рядком патроны, чтобы были под рукой, картечь на всякий случай тоже поближе. Ну, пора! Набрав воздух в легкие, дую в манок, и рвущий душу крик разносится по дикой ледяной степи. Мамочка! Зачем я это сделал?! Сейчас какие-нибудь черти или лешие сбегутся. Кое-как пришел в себя, успокоился, ну, думаю, лисы-то сейчас точно сбегутся. Караулил, караулил и незаметно заснул.

Тонкий слух охотника даже во сне не подводит, и на сей раз тоже не подвел. Слышу, поскрипывают шаги, рядом где-то. Сдвигаю предохранитель вперед, тихо поворачиваю голову, вижу: не лиса и не волк, а обычная лошадь с санями подъезжает к моему стогу. Из саней вылезает деревенский мужик в ушанке с вилами, хитро озирается по сторонам, удостоверяясь, что вокруг никого нет. Не торопясь, начинает почти из-под меня набивать сани сеном. Подними мужик голову хотя бы чуть, он уперся бы взглядом как раз в дуло моего ружья. Но зачем ему смотреть наверх стога, когда в середине сена полно. Сижу, еле сдерживая смех. Сказать ему, что воровать нехорошо, или пусть себе ворует? Им и так тяжело живется.

Решение пришло исподволь. Тихо приставляю манок к губам и изо-всех сил дую, направив его прямо на мужика. Передать тяжело, но попробую. Лошадь, не поднимая от стога головы, подпрыгивает необычайно высоко на всех четырех ногах, грива и хвост у нее встают дыбом, и она, будучи в двух метрах над землей, начинает бежать. Бежит она по воздуху, как мне показалось, минуты две. Потом, согласно законам гравитации, всё-таки падает на землю и исчезает в степи, несясь каким-то нездоровым галопом, которым ей, видимо, до этого бегать не приходилось.

Как от лошади оторвались сани, я так и не понял. Они даже не тронулись с места, так резко она все это проделала. Мужик на долю секунды позже лошади тоже подпрыгнул, как мне показалось, выше стога, при этом как-то конвульсивно взбрыкивая руками и ногами. Шапка при этом катапультировалась с его головы, видимо, из-за резко вставших дыбом волос. Кричал он в полете так, что я испугался за его здоровье. Мужик исчез из виду чуть медленнее лошади, даже не коснувшись земли. Через минуту все было кончено. Опять я остался один на один с ночью, степью, зимой, а также с санями с сеном.

Приехавший за мной водитель минут десять ходил вокруг саней, почесывал затылок и, наконец, сказал: «Саней-то вроде и не было»? «Сначала не было, – подтвердил я, – а потом приехали».

Утром в сельсовете на заседании правления колхоза актив внимательно слушал рассказ сторожа, о том как во время охраны им колхозного сена на него напал снежный человек, лошадь сожрал, а самого догнать не смог...

[GameForGame 2,956]

Манок.

Смех сквозь слезы

[Джигит Печального Образа 139]

У меня был забавный случай, связанный с рыбалкой.

По работе (типа рабочей поездки) был я в 2009, кажется, на озере Сайма, что в Финляндии.

А у мой коллега, с которым мы ездили, заядлый рыбак предложил сходить на рыбалку. Взяли в аренду удочки, лодку и поплыли.

Рыбалка была удачная: наловили окуней, пару судаков. Но под конец выловили щуку. Такого "щастья" мы, естественно, не ожидали. Вытащили, значит, в лодку, хотели добить, как эта сволочь как даст со всей дури хвостом по ведру с судаком. Мне под ноги ведро улетело, приятелю - судак. И мы самым забавным образом вывалились из

лодки, подскользнувшись кто на чём. Хорошо хоть лодку не перевернули в процессе.

Я всплыл чуть раньше и вижу как эта щука, вцепившись зубами в мобилу друга, ещё дрыгается. Пытаюсь вылезти, как тут за нос лодки хватается друг. Наклон в итоге получился достаточный, что бы щука с телефоном и почти всей пойманной мёртвой рыбой вывалились из неё прямо мне на голову.А эта рыба ещё несколько проехалась мне зубами по макушке.

В итоге, мы остались почти без рыбы, друг - без телефона, а мне пришлось почти месяц с весьма неординарной причёской.