Wacht am Rhein — «Стража на Рейне»

[Д.А. 174]

Битва в Арденнах или, как ее называют на Западе, «Битва за выступ» является одной из последних наступательных операций Вермахта в ходе Второй мировой войны. Её замысел состоял в том, чтобы стремительным ударом рассечь группировку союзных войск в Бельгии и занять порт Антверпен, окружив и уничтожив крупные силы противника на северном фланге. В политическом аспекте Гитлер делал ставку на противоречия внутри коалиции, рассчитывая на то, что в случае успеха операции союзникам придется пойти на перемирие.

ТекстНажмите здесь!

 

Третий Рейх в кольце врагов

Для того чтобы оценить замысел Гитлера (а это была его личная инициатива), необходимо представить себе обстановку на фронтах Европы осенью 1944 года. На востоке, после успешно проведенной наступательной операции «Багратион», Красная Армия вышла к границам Восточной Пруссии и создала плацдармы на реке Висла. На западе войска союзников подошли вплотную к «Линии Зигфрида» – оборонительным сооружениям на границе Германии. На южном фронте, в Италии, немцы оставили Рим и Флоренцию. Союзная авиация систематически наносила массированные удары по городам и промышленным центрам Третьего Рейха. Де-факто Германия находилась в кольце окружения, и очевидно, что для немецкого командования логичнее было бы придерживаться оборонительной стратегии. Каково же было удивление офицеров Генерального штаба, когда в сентябре 1944 года Гитлер озвучил идею контрнаступления.

Замысел операции состоял в том, чтобы мощным, стремительным ударом рассечь группировку союзных войск в Бельгии и занять порт Антверпен, окружив и уничтожив крупные силы противника на северном фланге. Расчет базировался на усталости наступавших союзных войск и растянутости их коммуникаций. В политическом же аспекте Гитлер делал ставку на противоречия внутри коалиции, рассчитывая на то, что в случае успеха его операции союзники будут вынуждены пойти на перемирие.

Слабым местом гитлеровского плана было отсутствие материальных и людских ресурсов для операции подобного масштаба. В Германии ощущалась острая нехватка горючего, лучшие армейские кадры были выбиты в ходе войны, в строй призывались подростки и резервисты. К тому же, местность не способствовала широте маневра. Арденны – гористая местность, покрытая густыми лесами, с незначительным количеством дорог и населенных пунктов, находящихся на их пересечении, которые противник легко мог превратить в опорные пункты. Помимо этого, на пути к Антверпену существовало серьезное препятствие – река Маас, преодолеть которую можно было исключительно по мостам, охранявшимся англичанами, вполне отдающими себе отчет в их стратегической значимости. Таким образом, расчет Гитлера базировался исключительно на стремительности рывка, и любое промедление было чревато серьезными осложнениями.

Был ли план известен союзникам?

К декабрю 1944 года на фронте в 640 км союзники располагали 63-мя дивизиями, десятью тысячами танков и имели более восьми тысяч самолетов. Самым уязвимым местом в построении союзных войск был арденнский участок. На местности протяженностью в 115 километров занимало оборону всего 4 дивизии.

Существуют две версии сложившейся ситуации. По мнению Черчилля, «решение союзников нанести сильный удар из Ахена в северном направлении, а также через Эльзас — в южном очень существенно ослабило наш центр».

Дуайт Эйзенхауэр в своих мемуарах утверждает, что это было сделано сознательно: «…Мы не ошибались ни относительно места его нанесения, ни относительно неизбежности такого шага со стороны противника. Более того, что касается общего реагирования на эти действия противника, то в данном случае у Брэдли и у меня имелся давно согласованный план ответных действий…». В пользу второй версии говорят и воспоминания Отто Скорцени, который утверждает, что в процессе подготовки его диверсионного подразделения в результате халатности высших должностных лиц произошла значительная утечка информации.

Танки идут на запад

В немецком наступлении планировалось задействовать три армии: 6-ю танковую армию генерал-полковника СС Зеппа Дитриха, 5-ю танковую армию генерала Хассо Мантейфеля и седьмую армию генерала Эриха Бранденбергера. Для воздушной поддержки наступающих войск было выделено 800 самолетов. По свидетельству начальника генштаба сухопутных войск генерал-полковника Франца Гальдера, расчетного запаса топлива для танков хватало лишь на половину пути, при этом оставляло желать лучшего и количество боезапаса. Внезапность и стремительность удара должны были компенсировать недостаток сил и средств, а ненастная погода — защитить немецкие войска от действий союзной авиации.

Немцы начали наступление несколько позже запланированной даты: ждали подходящей погоды. Утром 16 декабря после мощной артподготовки их войска перешли в наступление. Несмотря на достигнутую внезапность, планы наступавших стали рушиться практически сразу. 6-я ТА, наступавшая на правом фланге, увязла в боях с частями 1-й армии США и не имела значительного продвижения. 5-я ТА, действовавшая в центре, была более успешной: на третий день наступления она вышла к важному в стратегическом отношении населенному пункту Бастонь, находящемуся на перекрестке семи дорог. 7-я армия, прикрывавшая левый фланг наступавшей группировки, и вовсе не смогла пробить оборону союзников.

19 декабря в Вердене состоялось совещание союзного командования, на котором был утвержден совместный план ответных действий — нанесение контрударов по флангам противника.

Тем временем немецкие войска пытались продолжить наступление. 6-я ТА по-прежнему терпела неудачи, а основная часть сил 5-й ТА была вовлечена в бои за Бастонь, куда союзники перебросили 101-ю воздушно-десантную дивизию США. Лишь передовому отряду немцев – группе оберштурмбаннфюрера СС Иоахима Пайпера удалось приблизиться к Маасу достаточно близко. По его словам, он мог выйти к Маасу уже 19 декабря, если бы англичане не взорвали мост через реку Амель, и если бы у его танков было достаточно горючего.

Ликвидация Арденнского выступа

После совещания в Вердене 3-я армия США генерала Джорджа Паттона была переброшена на север и 21 декабря начала наступление. 23 декабря погодные условия позволили задействовать авиацию, и для немецких войск ситуация стала критической. 26 декабря передовые отряды 3-й армии вышли к осажденной Бастони, которую немцам так и не удалось взять, несмотря на многочисленные попытки. 28 декабря, при обсуждении хода операции, Гитлер признал, что наступление потерпело неудачу.

Концом Арденнской операции считается 29 января 1945 года, когда союзникам удалось ликвидировать выступ и начать вторжение в Германию.

Потери союзных войск в Арденнах составили 76 890 человек, из них 8 607 убитыми, 47 129 ранеными и 21 144 пропавшими без вести. Немцы потеряли 81 834 человека, в том числе 12 652 убитыми, 38 600 ранеными и 30 582 пропавшими без вести.

[Cкрыть]

ИллюстрацииНажмите здесь!

 

[Cкрыть]

ВидеоНажмите здесь!

 

1

2 [Cкрыть]

[Roger Young 7,851]

Как считаете, уместно было бы не тратить ресурсы и не наступать на союзную армию, а выделенные силы направить на укрепление обороны или сделать "пожарной бригадой"?

[Д.А. 174]

Ситуация складывалась для немцев в неблагоприятном ключе. Преимущество союзников было очевидным: сколько "пожарных команд" не создай - США и ВБ все равно прорвутся в Германию. И единственным вариантом "не проиграть" виделась попытка перехватить инициативу, а значит надо было атаковать.

[Roger Young 7,851]

Ситуация складывалась для немцев в неблагоприятном ключе. Преимущество союзников было очевидным: сколько "пожарных команд" не создай - США и ВБ все равно прорвутся в Германию. И единственным вариантом "не проиграть" виделась попытка перехватить инициативу, а значит надо было атаковать.

А какое наступление считаете более провальным, в Арденнах (1944) или в Померании (1945). В каком было допущено больше ошибок, было менее перспективным?

[Д.А. 174]

А какое наступление считаете более провальным, в Арденнах (1944) или в Померании (1945). В каком было допущено больше ошибок, было менее перспективным?

Речь про февральское "Солнцестояние"? Там масштабы немецких замыслов меньше, наряд сил был явно недостаточным (но это уже 1945 г., так что все естественно), но цели более реальными. Я бы ещё про Венгрию вспомнил - там был масштабнее замысел.

[Roger Young 7,851]

Речь про февральское "Солнцестояние"? Там масштабы немецких замыслов меньше, наряд сил был явно недостаточным (но это уже 1945 г., так что все естественно), но цели более реальными. Я бы ещё про Венгрию вспомнил - там был масштабнее замысел.

В чем видите главные причины неудач в обоих случаях? Ну окромя банального численного перевеса противника и топливного кризиса?

[Д.А. 174]

В чем видите главные причины неудач в обоих случаях? Ну окромя банального численного перевеса противника и топливного кризиса?

Про Арденны только общие фразы, которые известны ещё с 70-ых гг. 20 века.

К сожалению, сейчас на русском почти не печатаются современные западные исследования сражений на Западном фронте. И если Италия-Нормандия-Маркет Гарден-Арденны ещё относительно изучены (и то с позиции тактики), то например про сражения в Южной Франции, осаду немецких крепостей на французском побережье, Рурский котел читать на русском нечего. Ну и не хватает стратегических обзоров положения в Западной Европе в 1943-45 гг., сделанных уже в наше время.

Про Померанию: отсутствовал фактор внезапности на стратегическом уровне, постоянное уменьшение масштабов операции (вызванное недостатком сил), смещение рубежей начала наступления на запад из-за давления советских войск. В итоге все превратилось в деблокирование немецкими войсками города Арнсвальде, который потом все же пришлось оставить. Это чисто локальная операция.

[FDA 1,079]

расчетного запаса топлива для танков хватало лишь на половину пути

Эх, рисковые парни были А вообще, я думаю, что на этом этапе Германии было уже нечего ловить. А вот если бы летом 1944... Читал у кого-то из зарубежных авторов по альтернативной истории, как немцы бомбят сборные пристани-понтоны, через которые осуществляется снабжение союзников, а потом отрезают друг от друга части в Нормандии, беря в плен тучу американцев. Рузвельт и общественность в шоке.

[Д.А. 174]

А вот если бы летом 1944... Читал у кого-то из зарубежных авторов по альтернативной истории, как немцы бомбят сборные пристани-понтоны, через которые осуществляется снабжение союзников, а потом отрезают друг от друга части в Нормандии, беря в плен тучу американцев. Рузвельт и общественность в шоке.

Где-то я это видел в отечественной альхистори:

Атака, которой не былоНажмите здесь!

 

Пролета вечером 6 июня 1944 г. одиночного разведчика на большой высоте никто не заметил. «Me.262» с двумя фотокамерами отснял всю зону высадки, и вскоре был готов план операции.

— Подход к цели — на высоте 8 тысяч метров, — бесстрастно говорил командир эскадры. — Далее пологое пикирование и сброс бомбы на высоте не более 2 тысяч.

Он прекрасно понимал, что подробных объяснений нескольким опытным пилотам, выбранным для столь важной и опасной миссии, не требуется. Все они имели опыт пилотирования двухмоторных бомбардировщиков, провели более тысячи часов за штурвалом в воздухе.

В седьмом часу вечера следующего дня шесть теней со свистящим гулом поднялись в воздух с бетонки аэродрома. Спокойствия в воздухе пилотам прибавляло ощущение практически полной неуязвимости. Они неслись на огромной скорости над облаками на звенящей высоте. Под приборной доской тускло светился экран телевизионного прицела. В носу самолета была установлена управляемая небольшим рычажком камера, дававшая отличный обзор вниз-вперед. Под брюхом каждого из реактивных бомбардировщиков дремала управляемая бомба. При подходе к цели самолеты один за другим стали нырять вниз, туда, где в дымке то и дело мелькали вспышки разрывов на узкой светлой полоске пляжа, отделявшей сушу от залива густого синего цвета. Их целью были две тянувшиеся от берега змеи, возле которых были видны рыбообразные очертания транспортов. Поймав в телевизионный прицел цепочку металлических конструкций, пилот сбрасывал бомбу, которая, оставляя белесый след реактивного двигателя, неслась вниз. Для управления ей у него была ручка-»кнюппель». На несколько секунд оставив управление двигателем, летчик направлял ракету в цель и затем снова взмывал ввысь.

Из пяти бомб в цель попали две, по одной в каждую из змей. Остальные три подняли огромные столбы ила и песка рядом с наплавными пирсами. Разбитые пирсы начало сносить в море. Растерянные пилоты истребителей, барражировавшие в воздухе над зоной высадки, даже не успели понять, что же случилось.

На следующее утро девятка реактивных бомбардировщиков атаковала транспорты. С низким гулом они неслись над водой, сбрасывая бомбы и пролетая в нескольких метрах над мачтами транспортов. Один из неизвестных самолетов был сбит удачно спикировавшим на него «Темпестом». Двухмоторный самолет неловко перевернулся и упал в воду. Пилот «Темпеста» растерянно сказал по радио своим менее удачливым товарищам: «У него нет винтов...» Следующую атаку странных самолетов встретили уже в большей готовности и сбили сразу три из девятки, подловив их на выходе из атаки в наборе высоты. Но жертвы среди нападавших были уже слабым утешением. Это была катастрофа. Основной механизм снабжения зацепившегося за полоску берега десанта был прерван.

— Это второй Дьепп! — с досадой говорили канадские солдаты на английском плацдарме. У них уже был печальный опыт осени 1942 г., когда английское командование бросило в самоубийственную атаку на занятое немцами побережье «малоценных» представителей Содружества из Канады.

Рисковать крупными силами элитных соединений не стали. Вскоре должны были последовать атаки плацдарма крупными силами немецких войск, находившимися под командованием хорошо знакомого англичанам и американцам Эрвина Роммеля. Без устойчивого снабжения и господства в воздухе (пошатнувшегося от ударов неизвестных самолетов) открытие второго фронта в Европе могло стать кровавой мясорубкой. Без шума и пыли, сохранив тяжелое вооружение, союзники эвакуировались обратно в Англию.

Так или примерно так могли развиваться события в том случае, если бы приближенные Гитлера и руководство фирмы «Мессершмитт АГ» внимательнее слушали своего фюрера. Адольф Гитлер был неуравновешенным, физически и психически нездоровым человеком, но ему нельзя отказать в умении почувствовать правильное направление действий. Целенаправленная работа над «Me.262» в качестве ударного самолета могла принести больше дивидендов, чем утешение нескольких десятков асов ощущением почти полной неуязвимости в кабине реактивного истребителя.

[Cкрыть]

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы увидеть скрытое содержимое.

[FDA 1,079]

Да, возможно это был Исаев. Но мне почему-то казалось, что кто-то из иностранных авторов.

[Roger Young 7,851]

Где-то я это видел в отечественной альхистори:

Атака, которой не былоНажмите здесь!

 

Пролета вечером 6 июня 1944 г. одиночного разведчика на большой высоте никто не заметил. «Me.262» с двумя фотокамерами отснял всю зону высадки, и вскоре был готов план операции.

— Подход к цели — на высоте 8 тысяч метров, — бесстрастно говорил командир эскадры. — Далее пологое пикирование и сброс бомбы на высоте не более 2 тысяч.

Он прекрасно понимал, что подробных объяснений нескольким опытным пилотам, выбранным для столь важной и опасной миссии, не требуется. Все они имели опыт пилотирования двухмоторных бомбардировщиков, провели более тысячи часов за штурвалом в воздухе.

В седьмом часу вечера следующего дня шесть теней со свистящим гулом поднялись в воздух с бетонки аэродрома. Спокойствия в воздухе пилотам прибавляло ощущение практически полной неуязвимости. Они неслись на огромной скорости над облаками на звенящей высоте. Под приборной доской тускло светился экран телевизионного прицела. В носу самолета была установлена управляемая небольшим рычажком камера, дававшая отличный обзор вниз-вперед. Под брюхом каждого из реактивных бомбардировщиков дремала управляемая бомба. При подходе к цели самолеты один за другим стали нырять вниз, туда, где в дымке то и дело мелькали вспышки разрывов на узкой светлой полоске пляжа, отделявшей сушу от залива густого синего цвета. Их целью были две тянувшиеся от берега змеи, возле которых были видны рыбообразные очертания транспортов. Поймав в телевизионный прицел цепочку металлических конструкций, пилот сбрасывал бомбу, которая, оставляя белесый след реактивного двигателя, неслась вниз. Для управления ей у него была ручка-»кнюппель». На несколько секунд оставив управление двигателем, летчик направлял ракету в цель и затем снова взмывал ввысь.

Из пяти бомб в цель попали две, по одной в каждую из змей. Остальные три подняли огромные столбы ила и песка рядом с наплавными пирсами. Разбитые пирсы начало сносить в море. Растерянные пилоты истребителей, барражировавшие в воздухе над зоной высадки, даже не успели понять, что же случилось.

На следующее утро девятка реактивных бомбардировщиков атаковала транспорты. С низким гулом они неслись над водой, сбрасывая бомбы и пролетая в нескольких метрах над мачтами транспортов. Один из неизвестных самолетов был сбит удачно спикировавшим на него «Темпестом». Двухмоторный самолет неловко перевернулся и упал в воду. Пилот «Темпеста» растерянно сказал по радио своим менее удачливым товарищам: «У него нет винтов...» Следующую атаку странных самолетов встретили уже в большей готовности и сбили сразу три из девятки, подловив их на выходе из атаки в наборе высоты. Но жертвы среди нападавших были уже слабым утешением. Это была катастрофа. Основной механизм снабжения зацепившегося за полоску берега десанта был прерван.

— Это второй Дьепп! — с досадой говорили канадские солдаты на английском плацдарме. У них уже был печальный опыт осени 1942 г., когда английское командование бросило в самоубийственную атаку на занятое немцами побережье «малоценных» представителей Содружества из Канады.

Рисковать крупными силами элитных соединений не стали. Вскоре должны были последовать атаки плацдарма крупными силами немецких войск, находившимися под командованием хорошо знакомого англичанам и американцам Эрвина Роммеля. Без устойчивого снабжения и господства в воздухе (пошатнувшегося от ударов неизвестных самолетов) открытие второго фронта в Европе могло стать кровавой мясорубкой. Без шума и пыли, сохранив тяжелое вооружение, союзники эвакуировались обратно в Англию.

Так или примерно так могли развиваться события в том случае, если бы приближенные Гитлера и руководство фирмы «Мессершмитт АГ» внимательнее слушали своего фюрера. Адольф Гитлер был неуравновешенным, физически и психически нездоровым человеком, но ему нельзя отказать в умении почувствовать правильное направление действий. Целенаправленная работа над «Me.262» в качестве ударного самолета могла принести больше дивидендов, чем утешение нескольких десятков асов ощущением почти полной неуязвимости в кабине реактивного истребителя.

[Cкрыть]

]]>Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы увидеть скрытое содержимое. ]]>

На самом деле, если убрать фантастику и вундер ваффе, то шанс забить высадку в зародыше был. И не благодаря Ме262, которых в то время было единицы.

Читал мемуары Фон Люка, майора вермахта, который в конце войны дослужился до полковника. Он описал все ошибки немецкой армии при высадке в Нормандии очень четко. Во первых, как и СССР 22 июня, так и Германия 6 июня, катастрофически тянули с развертыванием основных сил для предотвращения десантирования. Фон Люк описывал, что когда уже вовсю гремел грохот корабельных орудий, а в небе появились десятки самолетов противника, они делали запрос за запросом в штаб, но штаб мямлил и не давал точных указаний. Прошло около 2-3 часов прежде, чем Германия сподобилась на адекватные ответные меры. В условиях тотальной операции такое длительное промедление подобно смерти. Если бы немецкие части были сразу подняты по тревоге и дислоцированы в район боевых действий, все могло быть иначе.

А второе, это удаленность от главного ТВД. Как писал Фон Люк, основные ударные силы, к сожалению не помню дивизии по номерам, стояли значительно севернее. В самом узком месте пролива, в Кале и Лилле. Он описывал, как дивизия к которой он был приписан добиралась до Байе весь день, около 8-ми часов и только к вечеру вышла в район высадки союзников. Пришла, когда уже ничего нельзя было изменить. Если бы главная немецкая группировка стояла южнее, бой мог закончиться совершенно по другому. И Дьепп действительно мог повториться.

[Адмирал 4,725]

Речь про февральское "Солнцестояние"? Там масштабы немецких замыслов меньше, наряд сил был явно недостаточным (но это уже 1945 г., так что все естественно), но цели более реальными. Я бы ещё про Венгрию вспомнил - там был масштабнее замысел.

Ты про Балатон? А ведь уже никто не помнит почти удавшийся "Цыганский барон"

П.С: Не карательная операция 43, а отрезание 3 передовых корпусов РККА за Карпатами в 44 - ом.

[Д.А. 174]

Читал мемуары Фон Люка, майора вермахта, который в конце войны дослужился до полковника. Он описал все ошибки немецкой армии при высадке в Нормандии очень четко.

О, нет. Только не очередной "гауптман", который лучше всех знает как выиграть войну. Задним умом все сильны.

Возможно в его воспоминаниях есть интересные детали, но все это он видел на тактическом уровне. Нахождение массы немецких войск на побережье пролива Па-де-Кале было вызвано желанием прикрыть порты, ибо никто в Германии не думал, что союзники построят искусственные гавани «Малберри».

[Лукулл 6,668]

Если бы немецкие части были сразу подняты по тревоге и дислоцированы в район боевых действий, все могло быть иначе.

Добавлю, что первых пленных из разведывательных подразделений американских парашютистов немцы взяли за двое суток до начала операции.

[Д.А. 174]

Ты про Балатон? А ведь уже никто не помнит почти удавшийся "Цыганский барон"

Ну это осень 1944 г., мой любимый период войны.

[Ksaltotun 467]

Арденны это даже не смешно... Издыхание когда-то страшного зверя, не больше. Бои, конечно, жестокие... но по меркам Восточного фронта...

Когда общий стратегический план звучит как "пару дней ничего летать не будет, а за это время мы захватим нефтехранилища"... В общем, грусть-тоска.

[Д.А. 174]

Немецкие солдаты снимают обувь и собирают оружие с убитых американских солдат в первые часы Арденнской операции. Honsfeld, Бельгия. 17 декабря 1944 год

[FDA 1,079]

Интересно, а почему указатели и крест заштрихованы?

[Д.А. 174]

Это с аукциона, где продают раритетные фото. Скан фото специально так отретушировали, чтобы оригинал фото не воспроизвели.

[Roger Young 7,851]

Ну это осень 1944 г., мой любимый период войны.

Почему любимый? Ведь "переиграть" уже ничего было нельзя.