Салах ад-Дин

[Комедиант 3,938]

Султан Салах ад-Дин (в европейской традиции – Саладин) считается одним из самых выдающихся политических деятелей средневекового Востока, который сыграл важную роль в его истории и непосредственно в истории исламо-христианского конфликта. Проблема взаимоотношений Востока и Запада, безусловно, очень актуальна на сегодняшний день, потому что неугасающая политическая и культурная борьба между двумя религиями, который мы наблюдаем в настоящее время, уходит корнями в раннее средневековье и длится уже более тысячелетия.

Весомый вклад в изучение военно-политической деятельности Саладина сделали Стенли Лейн-Пул, который первым начал заниматься этим вопросом , Эндрю Эренкрейц, Яков Лев и Девид Николь. В советской историографии следует выделить Л.А. Семенову, которая, используя классовый подход, в своей монографии посвятила значительное место выявлению и изучению социально-экономических причин успехов Саладина.

Саладин родился в 1138 г., в городе Тикрит. Свою политическую карьеру он начал в Дамаске, при дворе дамасского эмира Нур ад-Дина, который подчинялся багдадскому халифу аль-Мустади из династии Аббасидов. Аббасиды были официальными покровителями суннитского ислама, в то время как Фатимиды, которые правили Египтом, были шиитами.

Прежде чем прославиться в борьбе с крестоносцами, Саладин многое сделал для того, чтобы обновить силы исламского мира. Приняв визират в Египте, он по приказу багдадского халифа сверг Фатимидскую династию и подчинил Египет власти Аббасидов. При нем в 1171 г. умер последний халиф аль-Адид. Став полноправным правителем, Саладин устремил все свои силы на то, чтобы улучшить социально-экономическое состояние Египта и укрепить материальную базу армии (путем проведения реформ икта). По отношению к Нур ад-Дину, формально покоряясь ему, но тайно стремясь к независимости, Саладин вел осторожную политику. Несмотря на это, их взаимоотношения существенно ухудшились. Но в 1174 г. Нур ад-Дин умер и Саладин получил возможность осуществить цели.

В период с 1174 по 1186 гг. Саладин проводил завоевательные действия относительно Сирии с целью объединения ее с Египтом под знаменами суннитского ислама; в 1186 году он завершил покорення Джазиры.

На данном этапе политической деятельности Саладину удалось посодействовать консолидации исламского мира под властью багдадского халифа, укрепить армию благодаря проведенным земельным реформам и богатым ресурсам покоренного Египта и вывести последний из тяжелого социально-экономического кризиса, который он пережил в первой половине ХІІ столетия при правлении обессиленной Фатимидской династии. Саладин стал основателем новой династии – династии Айюбидов, которая правила в Египте вплоть до 1250 г.

Внешнеполитические действия Саладина характеризуют его как политика осмотрительного и дальновидного. В 1173-1174 гг. при участии его брата Туран-Шаха был покорен Йемен, оплот профатимидских сил, которые ратовали за возвращение наследников аль-Адида к власти. Рапространение политического влияния на юг Аравийского полуострова давало возможность уберечь Хиджаз от посягательств шиитов и полноценно контролировать морские пути из Судана в Египет, которые использовались ради путешествий мусульманских паломников в Мекку и Медину. Также одной из причин экспансии Саладина в Йемене можно назвать поиск надежного убежища на случай поражения в возможном конфликте с Нур ад-Дином (который тогда быв еще живым).

Приблизительно в то же время (1172-1174 гг.) были завоеваны Нубия и Киренаика, восточная провинция Ливии. Экспансия в Нубии, осуществленная братом Саладина аль-Маликом аль-Адилем, была также спровоцирована наличием там профатимидских элементов и необходимостью ликвидировать главный источник повстанческих сил. Киренаика (или Барка, как ее называют арабы) была очень привлекательной для Саладина в связи с тем, что была достаточно богатым регионом, для того, чтобы снять с Египта тяжесть роли основного поставщика материальных ресурсов.

Вышеописанные действия Саладина демонстрируют его стремление укрепить границы огромной Айюбидской империи и обеспечить сильные тылы для ведения борьбы с главным врагом тепер уже объединенного ислама – христианскими государствами Леванта. Укрепление Сирии и Египта, слабость иерусалимского королевства (тогда его королем был Ги де Лузиньян), которое в тот период было ослаблено внутренними политическими междоусобицами и децентрализацией королевской власти, привели к тому, что потомки первых крестоносцев были попросту неспособны на полноценную войну с противником. 4 июля 1187 года произошла битва у Хаттина, которая определила дальнейшую судьбу Иерусалимского королевства. Овладев на протяжении двух месяцев рядом городов, принадлежавших крестоносцам (Акрой, Назаретом, Бейрутом, Сидоном, Хайфой и т.д.), 2 октября 1187 года Саладин вынудил Иерусалим сдаться. По сравнению с тем, ценой какой крови был завоеван Иерусалим в 1099 году, Саладин оказался относительно гуманным победителем – капитуляция была осуществлена на приемлемых для его жителей условиях, им было позволено оставить город после выплаты определенной суммы выкупа за каждое лицо.

Таким образом, Саладин достиг своей главной цели – Иерусалим всегда был для мусульман святым городом, третим по значению после Мекки и Медины, потому что в нем, как они верили, вознесся на небо пророк Мухаммед. Военные достижения Саладина и гибель Иерусалимского королевства вызвали широкий резонанс вхристианской Европе; началась подготовка третьего крестового похода, окончательными руководителями которого стали немецкий император Фридрих І Барбаросса, английский король Ричард I Львиное Сердце и французский король Филипп ІІ Август.

Ради достижения успехов в войне с европейскими христианами Саладин также пошел на сближение с Исааком Ангелом, императором Византии, которая всегда враждебно относилась к западным завоевателям, которые проходили через ее территории. Общая ненависть к крестоносцам стала причиной для заключения союзного договора, согласно которому Исаак должен был военными методами препятствовать передвижению через подвластные ему земли Фридриху Барбароссе, который первым из трех лидеров крестового похода достиг Палестины. Вопреки ожиданиям Саладина, действия Исаака не принесли значительного результата: опасаясь Фридриха и его огромного войска, который до того еще и вступил в союзнические отношения с Иконийским султанатом, византийский император пытался избегать прямых столкновений, что ему и удавалось делать. Все решил случай, когда Фридрих Барбаросса погиб 10 июня 1190 года при переходе через речку Салеф.

Важнейшим и последним этапом войны Саладина с крестоносцами стала борьба с Ричардом Львиное Сердце, в частности, оборона Акры, которую тот осаждал с помощью бывшего иерусалимского короля Ги де Лузиньяна, Филиппа Августа, Конрада Монферратского, маркграфа Тирского и Леопольда, герцога Австрийского. Невзирая на все междоусобные противоречия, которые царили в христианском лагере, Саладину все же не удалось помочь городу удержаться.

Далее Ричард сделал попытку отвоевать у Саладина прибрежные территории (им были захвачены Арсуф и Яффа). Трижды он пытался подойти к Иерусалиму, но, сомневаясь в собственных силах, так и не отважился осадить город. Армия Ричарда, как и войско Саладина, было утомлено и деморализовано. Силы Саладина также подходили к концу: он не получал существенной помощи от багдадского халифа, среди его вассалов назревали сепаратисткие настроения, армия была дезорганизована. Именно поэтому ему пришлось идти на уступки: - 2 сентября 1192 года было заключено перемирие между ним и королем Ричардом. По условиям договора крестоносцам была оставлена узкая прибрежная полоса от Тира до Яффы, а за христианскими паломниками было закреплено право доступа к святыням Иерусалима.

Третий крестовый поход не стал для Европы решающим событием. Он лишь продолжил время пребывания европейцев на территории Леванта еще на столетие, хотя не укрепил их политического положения. Что касается Саладина, то, несмотря на сомнительный успех в борьбе с Ричардом, ему все-таки удалось ограничить влияние крестоносцев на Ближнем Востоке и доказать католической Европе то, что ислам имеет силы для того, чтобы защититься от иноземной экспансии. Также вызов, который Саладин бросил Западу, выявил слабость Иерусалимского королевства и неспособность крестоносной знати к консолидации и объединенным военным действиям. То время, которое латиняне еще продержались на мусульманских территориях, стоит охарактеризовать как период агонии, затянувшийся на столетие благодаря тому, что Саладин, утомившись от нескольких десятилетий затяжной войны, был неспособен довести ее до конца.

[Dramon 4,917]

Кстати он был курдом...

[Falconette 5,481]

А что плохого и в Саладдине, и в Шамиле? Исторические личности ведь.

[Dramon 4,917]

А что плохого и в Саладдине, и в Шамиле? Исторические личности ведь.

Не православно может быть ?

[Комедиант 3,938]

Ты еще про имама Шамиля тему подними.

И что тебе не нравится? Один из талантливейших исламских полководцев и государственных деятелей времен, когда арабский мир ещё был куда развитие и перспективнее западного. Это гораздо позже они стали сумасшедшими нищими фанатиками.

[Frank 23]

Это гораздо позже они стали сумасшедшими нищими фанатиками.

О как! Наверно мы живем в разных мирах, если было бы по вашему, то некоторые города Индии были бы стерты с лица земли, пару десятилетий назад.

[Аршин 7]

Великий человек, непростая судьба,понимание своей роли в истории.

[Yotun 156]

Между прочим, очень уважаемый в христианской рыцарской традиции мусульманин.

Современники-христиане часто отмечали его благородство, как христианскую добродетель в язычнике, крестоносцы считали его благородным рыцарем и чтили его.

Принял очень мудрое и дальновидное решение насчет ключа от ворот Иерусалимского Храма. Как известно, исторически он общий для всех христианских конфессий - и католиков, и православных, и протестантов, и коптов с ассирийцами и несторианами. И для того, чтобы исключить узурпацию этого храма какой-то одной конфессией, и тем самым пресечь конфликты по этому поводу, он отдал ключ от Храма мусульманину. Этот род с тех пор и хранит этот ключ, потомки из поколения в поколение являются привратниками храма. Христиане с этой мудрой традицией не спорят.

[Frank 23]

Между прочим, очень уважаемый в христианской рыцарской традиции мусульманин.

Современники-христиане часто отмечали его благородство, как христианскую добродетель в язычнике, крестоносцы считали его благородным рыцарем и чтили его.

Принял очень мудрое и дальновидное решение насчет ключа от ворот Иерусалимского Храма. Как известно, исторически он общий для всех христианских конфессий - и католиков, и православных, и протестантов, и коптов с ассирийцами и несторианами. И для того, чтобы исключить узурпацию этого храма какой-то одной конфессией, и тем самым пресечь конфликты по этому поводу, он отдал ключ от Храма мусульманину. Этот род с тех пор и хранит этот ключ, потомки из поколения в поколение являются привратниками храма. Христиане с этой мудрой традицией не спорят.

А нам то с чего его любить? Христианство на Руси огнем и мечом навязывали, отступники от веры данной нам землей и предками.

[Falconette 5,481]

Мне не нравится что ты восхищаешься мусульманами.

Достойным полководцем нельзя восхищаться из-за его религии? Скор, вы чего?

[SCORE 3,773]

Достойным полководцем нельзя восхищаться из-за его религии? Скор, вы чего?

Только христианство, только хардкор

[Frank 23]

в 1012-м году? Чур, меня на должность византийского кесаря. В то время самое козырное место в Европе.

Ну я образно, можно чуть и подальше отправить.

Только христианство, только хардкор

Тогда грех вам на муслимов нападать, кто и должен быть недоволен так это я - истинный патриот древней Руси. А не то что вы (христиане и муслимы) с ней сделали.

[Falconette 5,481]

Ну а куда же тогда делись наши боги?

В том и беда, что они не покарали тех, кто пришел с огнём и мечом, а ведь были такие грозные, такие могучие. Чего ж Перун попов не испепелил громом-молнией? Как так вышло с родными богами?

[Yotun 156]

Фактически, был бОльшим христианином, чем большинство крестоносцев, к слову.

[Frank 23]

В том и беда, что они не покарали тех, кто пришел с огнём и мечом, а ведь были такие грозные, такие могучие. Чего ж Перун попов не испепелил громом-молнией? Как так вышло с родными богами?

Предали их, вот они и отвернулись.

[Falconette 5,481]

Предали их, вот они и отвернулись.

Народ предал родную веру? Может, не такая родная тогда была???

[SCORE 3,773]

Народ предал родную веру? Может, не такая родная тогда была???

Язычники верят в того же Бога, что и христиане просто в силу отсталости социальной модели не понимали этого.

[Frank 23]

Народ предал родную веру? Может, не такая родная тогда была???

Нет, просто вера была слаба, вот и пал народ вместе с верой. И уподобился западным варварам и восточным чужеземцам. И начались смутные времена.

Язычники верят в того же Бога, что и христиане просто в силу отсталости социальной модели не понимали этого.

Мда...

[йцукенгшщз 2,498]

Между прочим, очень уважаемый в христианской рыцарской традиции мусульманин.

Современники-христиане часто отмечали его благородство, как христианскую добродетель в язычнике, крестоносцы считали его благородным рыцарем и чтили его.

Принял очень мудрое и дальновидное решение насчет ключа от ворот Иерусалимского Храма. Как известно, исторически он общий для всех христианских конфессий - и католиков, и православных, и протестантов, и коптов с ассирийцами и несторианами. И для того, чтобы исключить узурпацию этого храма какой-то одной конфессией, и тем самым пресечь конфликты по этому поводу, он отдал ключ от Храма мусульманину. Этот род с тех пор и хранит этот ключ, потомки из поколения в поколение являются привратниками храма. Христиане с этой мудрой традицией не спорят.

Требую разъяснений мудрости этого решения. Отдать всё своим на своих же землях это как то обыденно, а не исключительно.

[Frank 23]

"Патриоты" вам:

В начале был первобытный океан небытия, который есть Дый - наш прадед, прародитель, главный Бог Однажды, в очередной раз Дый решил создать ещё одну вселенную. И тогда он превратился в лебедя и снёс золотое яйцо, которое явилось его детищем Сварогом - Богом нашей проявленной Вселенной. Сварог разделил яйцо на верх и низ. Острая его часть стала небом, тупая - преисподней. А из белка, в середине, он сделал землю.

Из желтка Сварог создал 4 солнца, чтобы освещать весь мир: первое солнце - Ярило, утренняя заря. Оно связанно с началом творения, началом нового дня. Его Сварог создал первым. С него же начинается весной год, когда тает снег и расцветает зелень. С него начинается наша жизнь, юность. Следующее солнце - это Даждьбог, летнее Солнце, дающее плоды. Поэтому оно называется Дажьбог, дающий Бог. Оно освещает землю и небо. Оно связано с днём в нашей жизни. Это её зенит, это зрелость. Третье Солнце - Световит, закатное. Связано с осенью, вечером, старостью в нашей жизни, с пожинанием плодов. А четвёртое Солнце - Хорс. Ночное, зимнее Солнце, освещающее мир мёртвых. Вот этот мир, находящийся под землёй, на дне яйца - мир, в котором живут наши предки. Ночью же это солнце является в виде месяца, луны, чтоб своим тусклым светом освещать землю. Поэтому ночь - это время тёмных сил преисподней, так как когда у нас ночь, там начинается день.

И сотворил Сварог в своём яйце свароге землю. И стала земля его женой - Ладой, с которой они и родили всех богов. Богов четырёх солнц: бога верхнего мира Рода, который стал всё порождать, и богиню подземного мира Мару, которая в свой срок забирала творения Рода к себе в преисподнюю. Создал на небе Белобога - бога благих мыслей и начинаний, а под землёй Чернобога - бога зла и ненависти. Так создал потому, что всё в мире имеет две стороны и невозможно, чтобы было добро и не было зла, чтоб была жизнь и не было смерти, чтоб всегда светило солнце или всегда лил дождь. Всё имеет две стороны. Вот и судьба человека, Макошь, судьба всех вещей, тоже была создана Сварогом. Макошь прядёт нить судьбы, отмеряя всему свою длину жизни, а ей помогают её сёстры - средняя Недоля, дающая неудачу в жизни, и младшая - Доля, дающая благо. В конце же жизни существо встречает бог Суд, муж этих трёх сестёр. И он решает, куда попадёт после смерти это существо - в подземное царство Мары или небесное царство Рода. Зависит это от того, с чем он дружил в жизни, с Правдой - дочерью Суда и Доли, или с Кривдой - дочерью Суда и Недоли. Если человек правдив сам с собой, он обретает в жизни счастье - Долю и после смерти идёт в рай - Ирий, на небо к Белобогу. А если врал, обманывал себя, дружил с Кривдой, то он становиться несчастным, обездоленным на земле, и попадает после смерти в преисподнюю. В христианстве же всё трактуется иначе, кто бедствует на земле - попадает в рай, богатый же попадает в ад, да и правду учат говорить не себе, а другим. Всё это противоречит знаниям наших предков - в ведизме(или язычестве) есть такие боги: Божичь, дающий богатство, и Бедничь, делающий людей бедными. Божичь связан с небом, а Бедничь - с подземным царством. А правда внешняя - это не есть подлинная правда. Нужна правда, которую человек говорит себе, правду, когда он грезит о своём мнимом величии, что-то мечтает о себе, о том, чего нет. На самом деле вот тут-то он и должен перестать лгать, а сказать правду, что он просто всё это о себе выдумал.

Далее создал Сварог громовержца Перуна, который охраняет землю и небесное царство от незаконного вторжения туда Мары, её кикимор и прочих обитателей нижнего мира. А между землёй и нижним миром посадил змееподобного, чтоб он охранял вход в подземный мир и сопровождал туда умерших. Он так же командует всеми лешими, домовыми и другими духами, населяющими землю, поэтому он может давать людям богатство, добро, приплод, скота и пышные всходы. Часто эти два привратника, Перун и Велес, воюют, особенно если Велес слишком уж много власти даёт земным духам, и они нарушают гармонию в этом мире.

Но самое главное - это то, что все боги и само яйцо находится в нас в миниатюре, в своём золотом яйце, что мы сами являемся правнуками Дыя:— Но самое главное - это то, что все боги и само яйцо находится в нас в миниатюре, в своём золотом яйце, что мы сами являемся правнуками Дыя:Ты являешься маленьким лебедем — Дыем, живущим в своем яйце, и твоя задача — пробить его скорлупу и выйти на просторы безбрежного мирового океана бытия и преодолеть эту вечную вынужденность жить в этом мире, где обязательно есть и вторая негативная сторона всех вещей: молодость и старость, здоровье и болезнь, удача и не­удача; и даже, если ты и попадешь в небесный рай Ирий, где добра больше, чем зла, то только временно.

А христиане говорят — рай и ад навечно. Нет, вечно только небытие, а любое бытие временно, и ад, и рай. Просто рай — это время, ад — безвременье. То есть когда ты счастлив, время летит незаметно, а когда страдаешь, тянется долго, как будто это не время, а безвременье. И еще, когда ты удачлив, то идешь в ногу со временем, приходишь на остановку, и туда же подходит автобус. Приходишь к прилавку, и тут же начинают продавать дефицит. А когда на тебя наваливается Недоля, се наоборот, ты попадаешь в безвременье, не идешь в ногу со временем. Автобус уходит из-под носа, стоишь длиннющую очередь, и прямо перед тобой кончается последний товар.

И так как ты находишься в яйце, то, значит, Доля и Недоля тоже в тебе. Доля, как и Правда, справа, с южной стороны, так как лицо твое в яйце повернуто на восток, а Недоля и Кривда слева. Вот почему родинки слева у тебя несчастливые.

А яйцо это, состоит из трех слоев. Первый слой — это твое воображение, второй — твои эмоции, привязанности, пристрастия, желания, жажды, а третий — твое тело с его привычками, инстинктами, страхом смерти. От всего этого ты должен отрешить свой Дух, своего лебедя Дыя, чтоб он снова мог, отбросив скорлупу, выйти в просторы небытия. Получается, человек не сделан из глины, как в христианстве говорится, а он правнук Божий. Дый родил Сварога, Сварог — Дажбога — солнце и Живу - жизнь на земле. От них и родился первочеловек — Орий, которому Дажбог — отец, Сварог — дед и Дый — прадед. Так что мы с тобой не прах, а потомки Богов, с Богами в родстве состоим. И в то же время в миниатюре каждый человек — это вся Вселенная, яйцо Сварога. И в то же время все это многобожие есть не что иное, как проявление единого истинного бога Дыя в разных лицах. Он един в многообразии, и каждое другое божество просто является одной из его сторон, одной из его функций в рамках проявленного бытия. Итак, ты являешься Дыем, лебедем, чистым духом, небытием.

Дух, небытие— Это твое сознание, наблюдатель. Сам он смотрит, но его не видно. Он может видеть все, но сам себя он не может видеть, он не может определить, кто они что, ибо он есть небытие, он непостижим и непознаваем, но сам познает все. Ты и есть этот смотрящий из небытия. Ты есть Дый, из пустоты видящий полноту. Но твой Дый —лебедь еще находится в состоянии зародыша, в яйце Сварги, твоем внутреннем мире, где у тебя также есть Земля — твое тело, преисподняя - твое подсознание, где действует Мара и Чернобог, где хранится твоя генетическая память, память твоих предков. Есть у тебя и сверхсознание, которое я бы лучше в данном случае назвал так: Высший разум, мир небесный, мир Рода и Белбога. Есть в тебе воля — Перун и есть желание — Велес. Есть в тебе и Стрибог — отец ветров, твоих непостоянных, меняющихся мыслей и ассоциаций, иду­щих в четырех основных направлениях, соответствующих четырем солнцам. Само же Солнце — разум, разный в разном возрасте: младенца, мужа, старика, мерт­веца. Есть в тебе и все остальные Боги, которых ты должен найти, обнаружить в себе при помощи Семарга — Бога огня, Бога-посредника между людьми и Бога­ми. Боги жертвоприношений и твоей устремленности — это истинный твой внут­ренний мир, твоя Сварга. Но есть в тебе и другой слой яйца, иллюзорный мир мирских представлений о себе, что ты сын своего отца, ты брат, ты сват, ты гражданин России и т.д. и т.п. Все это не ты, это сказка о тебе, такая же, как коммунизм, фашизм, христианство и прочие идеологии. Миф и то, что ты говоришь, - Я - строитель коммунизма, я — член партии, я — отец семейства, моя, мол, цель —построение какого-то светлого будущего и все прочее. Все эти мысли о себе и о социуме должны быть преодолены. Это твоя первая скорлупа. Вторая — это желания, привязанности, стремления, возникшие на базе этих заблуждений. Я хочу иметь джип, потому что он есть у Иванова, я хочу иметь коттедж, это престижно, я привязан к родителям, детям, партнерам, потому что считаю их своими. Я стремлюсь помогать мировой революции для установления мира и справедливости и т.д. Но это уже не мысли, как в первой скорлупе, а эмоции, желания жажды, направленные на определенные объекты мира, с которыми ты связал себя. Преодолеть эти эмоциональные связки еще трудней, чем образы своего ума. Но, отрешившись от них, ты пробьешь и вторую скорлупу, и тогда на пути к небытию Дыя останется только твое тело — последняя скорлупа, которая до конца может быть преодолена только в момент смерти. Но, пока ты жив, тебе нужно преодолевать ИЗЛИШНЮЮ связь с ним, такую как страх смерти, лень, голод, дис­комфорт. Отрешившись от этого, ты проклюнешь последнюю скорлупу и выйдешь на свободу уже выросшим лебедем, так как твой лебедь может расти ТОЛЬКО в борьбе с этими оболочками, одолев которые он из зародыша становится птицей.

Во всех религиях говорится о преодолении плотского или о преодолении страстей и желаний. Дело в том, что если ты будешь преодолевать тело в первую очередь, то, даже победив его, ты останешься под властью Кривды, оболочки воображения и это ничего нам не даст. Это будет похоже на состояние Павки Корчагина, который пожертвовал собой, искалечил свое тело ради идеи, ради лжи, но это ему ничего не дало. Первое, что нужно, это освобождение от Кривды. Именно из-за нее формируется и вторая оболочка Макоши - судьбы, наших привязанностей, желаний, страстей. Не будь лжи, болезненного воображе­ния и желания человека были бы не более, чем желания животных: поесть, по­пить, поспать. Все разумно и в меру просто, чтобы выжить и не больше. Именно воображение делает пристрастия, привязанности и желания непомерными, противоестественными и неразумными. Если ложь будет побеждена, то новые желания и привязанности уже не возникнут, и чтоб освободиться от Макоши - судьбы, нужно будет победить только старые желания. Последняя же телесная оболочка Живы еще более проста и естественна, без ложных привязанностей и дурных привычек она будет почти что святой, и преодолеть ее не составит особых усилий. К тому же, мы естественным образом ее покинем в момент смерти. А вот другие две оболочки остаются с нами и в ПОСМЕРТИИ. И оболочка привязанностей и желаний Макоши переходит и в другие жизни.

Сиё знание передал нам влх. Святогор